Хаджар не был бы собой, если бы спустил, пусть и Безымянному, такое, откровенно хамское поведение.

— А спасение жизни Императору тоже считалось

— неверным движением? Просто, ребята, что-то не видел вас в тот вечер поблизости.

На Хаджара едва было не опустилась аура жуткой мощи, как горячего стража схватил за плечо его напарник.

— Он того не стоит, — прошептал более мудрый страж, а затем отстранено кинул Хаджару. — иди куда шел, Хаджар Дархан. И постарайся не привлекать наше внимание.

Хаджар слегка поклонился второму стражу, развернулся на каблуках и вошел внутрь.

В этот момент он не знал, что за ним, как и за самими Безымянными, внимательно следят.

Следят те, кто уронил свою честь, когда заказанная им цель смогла дважды избежать смерти.

Третью промашку клан Мертвой Луны допустить не мог…

Глава 818

Глава 818

Внутри аукционный дом, как и снаружи, тоже выглядел пирамидой. С той единственной разницей, что с улицы это была пирамида, направленная вершиной в небо, то внутри — уходила на сотни метров внутрь земли.

Таким образом здание формировало нечто не подобии прямоугольного веретена.

Дворяне и аристократы рассаживались на рядах алых скамей и столов.

И чем ближе к сцене, где уже стоял местный аукционист, тем меньше людей могло поместиться за уменьшающимися рядами.

Не трудно было догадаться, что чем ниже — тем выше статус сидящего и, следовательно, меньше мест.

Все, при беглом осмотре, Хаджар насчитал ровно девятьсот девяносто девять рядов.

Что же, может он не знал и в это числе существовала какая-то своя магия? Уже не первой раз он сталкивался с явлением, в котором присутствовало подобное значение.

— И куда нам? — буднично спросил Хаджар.

С равным комфортом для себя он сел бы как вплотную к сцене, где, учитывая знакомые волосы и глаза, располагался Императорский род, так и на самой границе с входом.

Причем, самое удивительное — чем ближе к сцене, тем менее вычурные и пестрые одежды с минимальным количеством украшений.

А чем ближе ко входу — тем цветастее, внешне дороже одежды и больше драгоценных металлов и камней. Это лишний раз доказывало, что тем, кто и так знает себе цену, не имеет смысла выставлять её на всеобщее обозрение.

Если сравнивать с борделем, то самые элитные его работницы всегда выглядят скромнее остальных.

Им не надо надевать на себя ценник — все, кому нужно, и так все о них знают. Те же, кто нет — стоят слишком низко по социальной лестнице, чтобы позволить их присутствие.

Высший свет всегда казался Хаджару в чем-то схожим с публичным домом. Те же нравы и мотивы, только с другими приправами.

— Третий ряд снизу, — Дора повела их к лестнице. Всего их здесь было четыре и та, по которой спускались друзья, на фоне остальных выглядела немного пустынной.