Вот и отмечаем ее каждый год, в узком кругу. Отсчет нового времени нашей любви.

Нет, первый год после возобновления нашего брака я боялась повторений, измен, холода. Боялась, что не выйдет у нас ничего, хоть и прониклась Князевым от макушки до кончиков пальцев. Теперь он был для меня настоящим мужем, который каждый раз упорно доказывал, что я не права в своих пессимистичных прогнозах.

Так и получилось.

Думаю, это было примерно во второй день рождения нашей дочери. Оливке исполнилось два года, мы запланировали праздник, но она заболела. Температура под сорок, скорая, мы всю ночь пробыли в больнице, я плакала, а Миша держал меня за руку. Непоколебимый, уверенный, что все будет хорошо. Он вселял ее и в меня — эту уверенность.

Мне кажется, тогда я окончательно поняла, как мы ему дороги и как я его люблю. Безумно. И как счастлива с ним.

Миша изменился. И я тоже. Мы стали другими, более лучшими версиями себя. Слушали, понимали. Были вместе несмотря ни на что.

Я думаю, что мы оба боялись. Очень боялись откатиться назад. Пропитаться флером прошлого и снова пустить отношения по одному месту. Помогали разговоры, долгие, сложные, иногда болезненные.

Я ревновала. Жутко. Временами казалось, что Земля вот-вот с орбиты от ревности слетит. Миша в такие моменты всегда находил нужные слова. Развеивал все мои опасения. Только так мы выжили, только так построили крепкий брак.

— Миш, — зову мужа, который как раз зашел в дом, разговаривая с Алексеем и Женей, — на минуту.

— Иду.

Муж заходит на кухню, приобнимает меня за талию и вскользь целует в губы. Оливка тем временем уже тянет пальцы к торту, чтобы попробовать крем.

— Доченька, торт будет попозже, — произношу на выдохе, а сама в Мишкины глаза смотрю. У него морщинки, на висках даже редкая седина появилась, а глаза все те же. Светятся.

— Олив, давай, там подруга твоя приехала.

— Вера? — дочь отвлекается от торта.

— Ага.

Оливия тут же расправляет подол пышного платья и бежит в гостиную. Сразу слышу голос Светы, которая восхищается нарядом нашей девчушки.

Мы с Мишей остаемся вдвоем. Минутка уединения, томные поцелуи в шею, когда земля из-под ног уходит, а еще предвкушение ночи. Бурной и страстной.

Целую мужа в ответ, пылко, до мурашек.

— У меня для тебя подарок, — Миша удерживает меня за талию и разжимает передо мной ладонь.

— Ключи? — моргаю пару раз, не понимая, что происходит. — Что это значит? Мы куда-то переезжаем?

— До последнего скрывал, боялся, что ты узнаешь.

— Миша, — прищуриваюсь.

— Не переезжаем. Помнишь, ты хотела домик у моря?

Замираю. Он серьезно?"

"— Ты… Боже, — крепко обнимаю мужа, а саму переполняет восторг, и дело не в подарке, а в том, что я всего лишь один раз как-то брякнула, что неплохо было бы прилетать к морю в свой дом.