Внимательно так разглядывает.

— Нормально вроде. Как она? — с умилением смотрю на люльку.

— С ней все хорошо. Ты молодец.

Миша аккуратно садится на край моей кровати. Берет меня за руку. Сжимает мои пальцы в своих.

— Спасибо за дочь.

Он шепчет. От его голоса веет теплом, а все, что я сейчас могу, это резко отвернуться, чтобы он не увидел моих слез.

— Я так испугалась сегодня, будто в первый раз рожала. Растерялась на улице. Хорошо, что мальчишки подвернулись, — решаю перевести тему.

— Да, Мот там до сих пор отходит.

Оба смеемся.

— Именно поэтому я говорил тебе, что отказываться от водителя не стоило. Мне не нужно тебя контролировать, но ситуации бывают разные. И то, что произошло сегодня…

— Я понимаю, Миш. Я повела себя безрассудно. Не думала, что начну рожать посреди улицы.

Пожимаю печами, а из кроватки начинает доноситься шорох.

— Она проснулась? Дашь ее мне?"

"Миша кивает. Поднимается, вынимает дочь из кроватки и аккуратно отдает мне. Прижимаю ее к груди и налюбоваться не могу. Такая она милая. А как пахнет.

Прикрываю глаза, касаясь губами розовенького лобика.

— Привет, Оливка. Кажется, она, как и Марк, полностью похожа на тебя, Миша.

Сталкиваемся с бывшим мужем глазами, буквально на секунду, и меня моментально заливает теплом. Чем-то таким, что я не испытывала раньше.

Когда родился Марк, у нас с Князевым не было никакого уединения. Сразу приехал мой отец и все испортил.

Миша дотрагивается до моего плеча, скользит кончиками пальцев выше, добираясь до щеки. Гладит костяшками, а потом касается моих губ своими.

Глава 27

— Какая же она красотка. В тебя, — Вероника Максимовна снова заглядывает в люльку и умиляется.

— Да? А мне кажется, что на Мишу похожа, — замечаю и убираю в комод розовую распашонку.

— Нет. Вылитая ты. Кстати, я могу на выходные забрать Марка к себе.

— Не стоит, — слегка смущаюсь. — Вы и так маму мою приютили.

Вероника Максимовна и правда пригасила к себе пожить мою маму. Кажется, с отцом они все же подошли к решающей черте под названием развод, который получится в точности таким, как я всегда представляла себе этот процесс. Холод и полное отчуждение.

— Ну вот, Марк нам и не даст заскучать, будет о ком заботиться. Для чего еще нужны бабушки?

— Дашуль, Вероника права. Миша снова в командировке, а тебе полегче будет, — мама заглядывает в детскую с бутылочкой смеси в руках. Молока у меня мало, Оливке не хватает.

— Думаете? Нужно у Марка тогда спросить. Поедет, нет?!

— Уверена, он будет не против, — бывшая свекровь снова касается края люльки и отходит к двери.

Когда мы с дочерью остаемся наедине, я еще несколько раз прокручиваю в голове вариант, предложенный бабушками, а после сразу отвлекаюсь на дочь. Какая же она крохотная. Я уже и забыла, что Марк был таким малюткой когда-то.