Он спрятал телефон и сказал водителю:

– Это Климчук звонил, зампрокурора. Завернем по дороге на Лысую гору. Надо будет взять там какого-то человека.

– А кто он для меня такой, этот ваш Климчук? – крикнул Паршнов. – Он нами не командует, только надзор ведет. Вот и пусть надзирает! Давай на Реутовскую!

– Он сказал, что Суровец в курсе и подтвердил это указание, – пожал плечами эксперт. – И Петровский тоже.

– Я? – удивился Денис. – А чего он вообще тебе звонит? Через мою голову? Кто здесь сотрудник прокуратуры – я или ты?

Эксперт раздраженно махнул рукой.

– Чего вы ко мне все привязались? Я ему телефон пару раз чинил, вот он и звонит, чтобы я вам передал! А вы что хотите, то и делайте! Хоть на хер его посылайте!

Посылать на хер заместителя городского прокурора желающих не нашлось. По крайней мере в машине оперативной группы.

– Вот кондом штопаный. И не спится ж ему, – пробурчал Паршнов. – Раз так, гони на Лысую гору.

Выехав на Магистральный проспект, откуда до места происшествия оставалось пять минут ходу, водитель повернул направо. Теперь «рафик» мчался по Богатяновскому спуску в сторону Лысой горы. Когда-то это было жуткое место, трущобы, сосредоточение богатяновской урлы. Но в конце девяностых убогие хибары снесли под корень, расчистили свалки, вывезли накопившийся за последнее столетие мусор и забабахали кондоминиум, который простой люд назвал «Канарами».

Это был район дорогих новостроек с прекрасным видом на Дон, Левый берег и все Задонье. Под каждой из аккуратненьких девяти– и двенадцатиэтажек имелся подземный гараж, территория охранялась частным агентством, а на крышах некоторых домов, как гласила людская молва, имелись крытые бассейны с подогревом.

«Рафик» остановился напротив металлических ворот в длинном и высоком заборе из красного кирпича. У ворот висел знак «Въезд запрещен». Из будки выглянул охранник в синем комбезе с желтыми ярлыками, указал на знак. Потом сделал вид, что звонит по телефону, и покачал головой. Дескать, мы милицию не вызывали. Открывать ворота он явно не собирался. С той стороны вглубь дворов уходила подсвеченная розовыми фонарями аллея.

– Ну и что это за шлеп твою мать? – прорычал Паршнов. – Куда дальше?

– Вон, кто-то идет сюда, – сказал водитель.

По аллее к ним двигалась чья-то высокая фигура. Без скрипа отворилась дверь в воротах. Охранник что-то негромко сказал. В ответ послышался приятный голос с акцентом:

– Простите, что беспокою вас… Да, это за мной. Очень благодарю. До свидания.

Через пару секунд в «рафик» ввалился Эмиль Арно.

– Бон суар, коллеги! – бодро поздоровался он. – Я вам не очень помешал?

Денис выругался про себя.

* * *– Капитан Грибалев.

Руки омоновец не подал. В шлеме и броннике он был похож на боевого робота.