Свет фонарей опирался на каменные дома. Боже, какая прекрасная ночь! Они пошли.

– Этого здесь не было! – она указала на памятник Скарге. Зарыдала. – Я отправлюсь в ад, правда?

– Отправишься домой, – солгал Кароль.

– Нет ни неба, ни ада. Только ночь и странные места в ночи. Иногда становится холодно без видимой причины. Давай гулять, пожалуйста. Наслаждаться жизнью!

Она потянула его на Гродскую. Прошли мимо уличного музыканта, склонившего голову на футляр от гитары. В подворотне обнималась парочка. Пролетела полицейская машина, проехала карета. Лидия сказала, что выпила бы кофейку, и обязательно с коньячком. Они миновали летнее кафе у клуба «Под Ящурами», где вспотевшие танцоры пили пиво залпом, и направились в сторону Сукенниц. Кофейню «Новорольски» застали закрытой. Лидия била в стекло.

– Почему она не хотела с тобой быть? – спросила внезапно. – Христосе единый, почему? Кароль, любимый, найдешь себе новую женщину, хорошую женщину, и еще поборешься за сына. Позаботишься о нем. Эта выдра его бросит. Так ей прикажет новый любовник. Но ты сможешь этому противостоять. Я бы только еще выпила кофейку с коньячком в Новороли!

Золото на ее шее и в ушах отражало свет веселого города. Кароль понял. Привел Лидку к стеночке, попросил присесть. Он сейчас вернется. Из летнего кафе взял два кресла, поставил под Сукенницами и поцеловал тетку. В «Ящурах» взял кофе, двойной коньяк и маленькое пиво для себя. Прежде чем выйти, тщательно пересчитал сдачу.

40В «Ящурах» погас свет. В окне на последнем этаже серого дома уселась пьяная тень. Лидия положила руку на живот, туда, где был мешочек от стомы.

– Она говорит со мной. Хочешь послушать? – Он не захотел. Лидия попыталась погладить его по лицу. – Когда-нибудь кто-то скажет тебе, что жизнь коротка. Не верь таким врунам. Она длинная и растянутая, так страшненько тянется. Как грязь. Не сожмешь, все утечет сквозь пальцы. И останется только грязная рука. Так она мне сказала, и она права. Послушаешь? Послушай ее.

Кароль посмотрел на город через опустевшую кружку. По донышку бежали неясные темно-оранжевые круги.

– Она сказала, что ты будешь счастлив. Она тебя любит, и Бог тебя любит. Бог и она позаботятся о моем будущем. Я это знаю и уже не хочу ее слушать. Но расскажи мне. Кого ты встретишь? Как будешь жить? – Кофейная чашка задрожала, и Лидия вместе с ней. – И все-таки я боюсь. Обними меня.

Так он и поступил. Она искала его прикосновения. Он тер ее ладонь в надежде, что аура вернется. Спросила, зачем он это делает. Ответил, что пытается ее разогреть.

– Это будет нормальная девушка, – сказал он наконец, чтобы прервать молчание. – Пусть даже не будет особенно трудолюбивой. Важно, чтобы любила Янека и любила смеяться.