Лишь маленькие невинные вещи, что нужны каждому человеку. Но у него есть жена. Все еще есть. Третья сказала:

– Нет, у тебя уже ничего нет.

Она встала и вышла, чтобы вскоре вернуться. Присела на краешек стула, как испуганная девочка. Из ресторана несся шум. Она взяла Кароля за руку:

– Отсюда поедем на поезд. Может, что-то идет до Познани. Там купим машину. У меня есть деньги, много денег. Фалда силен, но здесь. Не найдет нас, если уедем достаточно далеко. Куда-то за пределы Европы. Год мы проживем спокойно. Потом видно будет. Все будет нормально. Главное, просто будет.

Кароль очень медленно назвал имена: Ясь, Ника, Лидия. Третья повторила, что их уже нет. Они относятся к миру, который не по его вине погиб. Мир сильнее нас. Кароль слушал ее. Перестал дрожать.

– А ты?"

"– В каком-то смысле я ждала этого. Сейчас, пожалуй, у меня нет выхода. Фалда, он, знаешь… – она подавилась смехом, – суровый отчим. А я глупая. Ужасно глупая. Я могла сделать это уже давно. Или вовсе не делать.

– Мы будем вечно в бегах. В этом есть свое очарование. Без кредитной карты. Без постоянного адреса, без мейла, без интернета.

– Мир большой.

– Мир такой, какой есть. Я никогда их не увижу?

– Ну, это не так. Фалда толстый, и у него повышенное давление. Думает, что будет жить вечно. Такие умирают первыми. Раньше или позже ты увидишь Ясека. Может быть, он даже вырасти не успеет.

– Так ждать чьей-то смерти…

– Я ждала слишком долго.

Поцеловала его иначе, чем раньше, едва касаясь его губ краешком своих. Погрузила руки в его волосы, а он обнял ее лицо ладонями. Смотрели друг на друга, словно виделись в первый раз. Кароль увидел светло-оранжевые языки пламени, окружающие ее голову, как дрожащий ореол. Огонь скользил по ее пальцам и предплечьям. Он смотрел на это, а его сердце сжималось в кулак. Резко оттолкнул Третью, так что она полетела в стену вместе со стулом. Он не хотел так поступать, но не извинился. Третья поднялась с пола. Кароль, уже стоя, сказал, что не позволит забрать свою жизнь; она уже достаточно разрушила. Он ушел.

Мужчины у столиков вставали с мест, чтобы отплатить ему за то, что он ударил женщину, и тут же падали обратно на кресла и стулья. Кароль обернулся у выхода и увидел высокий светло-оранжевый язык огня, встающий над местом, где он оставил Третью.

38Кароль открыл глаза. На краю постели сидела Лидия, выглядела как привидение. Ногти у нее были красными.

– Пойдем, солнце мое. Мы не можем оставаться дома.

– Полночь же, холера.

– Краков не спит. Краков не засыпает. Я могла бы и сама, но не хочу идти с тростью.

По ее предплечью скользнул черный огонек и исчез.

39Такси высадило их у костела Святого Эгидия. Лидия оставила водителю сотню и отказалась от сдачи. Вышла без чьей-либо помощи.