Женщины встали друг напротив друга, вооруженные облатками. Звучала рождественская песнь.

– Начнем заново, – предложила Лидия. – Новое начало.

Ника повторила эти слова. Лидия исчезла в ванной. Ее долго не было, и, может быть, поэтому они раскрыли подарки еще до праздничного ужина. Янек получил «Нинтендо», краски и очередную машинку. Интересовался только машинкой. Лидия почти ничего не ела, зато пила коньяк и рассказывала, что жизнь хороша. Ее подруга жила на двенадцати метрах с мужем и двумя детьми. Муж каждое воскресенье приглашал друзей-картежников. Развелись.

Ника вышла из комнаты.

– Да кури здесь, доченька, – крикнула тетка. – Сочельник ведь! – Двери хлопнули. Лидия повернулась к Каролю: – Никогда не забывай о себе. Каждый день спрашивай себя, счастлив ли ты. Ты живешь для людей, как сам думаешь. Для Ники. Для Янека. Не дай бог для меня. А когда станешь старым, то поймешь, что никогда не жил для себя. Тс-с-с, любовь моя. А то Гарпия услышит. Да чтоб его, что ж мне снова в туалет-то надо?

29Лидия раскладывала перед собой свою новую жизнь. Белая пластиковая плитка с отверстием в середине. Полупрозрачный мешочек. Уплотнительная паста в голубом тюбике. Ножнички. Зеленые салфетки от опрелостей ConvaCare. Зажимы. Буклеты, брошюрки, книжка в белой обложке, два номера журнала для больных раком, «Синяя Лента»."

"– Боже, какой ужасный сон мне снился, – сказала Каролю. Подняла сорочку до пупка, показывая красную шишку колостомы, чуть похожую на подземного червяка, случайно выставившего голову на свет.

30– В моем сне я встала рано, раньше вас. Я была бодрой и хотела сделать вам сюрприз. Чувствовала, что могу вас порадовать. Прямо у дома – ну, во сне – у нас был такой большой супермаркет, Tesco. Я и пошла. Взяла только сумочку, а люди смотрели на меня как-то странно, но я не знала почему. Некоторые вообще убегали. Когда я вставляла монетку в тележку для покупок, мне показалось, что моя рука какая-то странная, но я не поняла, что с ней не так. Я толкала тележку вдоль полок. Брала шоколад, мясо, макароны. Винишко и еще винишко, мои винишки, мои прекрасные винишки. Когда я подошла к кассе, люди побросали свои покупки и разбежались, как можно дальше от меня. Ну и хорошо, подумала я, быстрей дома буду. И даже кассирша не хотела меня обслуживать. В конце концов взяла денежки ну прям совсем через силу. И тогда я глянула в такое круглое выпуклое зеркальце. Я вся была в говне. Руки, ноги, лицо в говне, на животе больше всего говна. И покупки мои были все в говне. И я оставляла за собой след из говна, как улитка.

31На этот раз пан Фалда был в жемчужном жилете, льняных брюках и туфлях из тонкой кожи. Он подвернул рукава рубашки, открывая шрамы, в которых виднелись следы от старых татуировок.