– Я не могу настаивать на чем-либо, но погулять-то мы можем?

– Можем, – ответила она, рассудив, что прохлада дождя остудит не только его порозовевшее от возбуждения лицо, но и сердце.

Они вышли в дождь без зонта и где-то с час шатались по ночным улицам Петрозаводска, подставляя мелким, бисерным брызгам лица и раскрытые ладони.

– Послушайте, Дмитрий, вы всегда так поступаете с женщинами, которых хотите?

– Нет, конечно. Обычно женщина, которая мне нравится, догадывается об этом, а потому сама же и провоцирует меня на какой-то поступок. Иногда это случается очень быстро, а в другой раз ждешь несколько месяцев, пока не выполнится обязательная в таких случаях программа с цветами и духами.

Меня лично это раздражает. Я не Крымов и не умею ухаживать. Зато я знаю, что нужно женщине вообще. Да вот, собственно… – Он достал маленькую красную коробочку, в которой оказалось тонкое золотое кольцо с прозрачным камнем, похожим на бриллиант или цирконий."

"– Но если делать подарки женщине для вас – бессмысленный поступок и, возможно, даже пытка, то оставьте это кольцо себе или вообще выбросьте… Вы неоригинальны, Харыбин.

 – Юле не понравились его рассуждения. – Думаю, что это элементарная жадность, которую вы прикрываете псевдооригинальностью. Нормальный мужчина, да к тому же еще и влюбленный в женщину, испытывает приятнейшие чувства, доставляя ей удовольствие. Если вы такой принципиальный, то и я стану подражать вам, – и с этими словами Юля швырнула красную коробочку в канализационную решетку, куда медленно, прижимаясь к каменному бордюру, текла черная, в желтых бликах огней, вода.

– Но ведь это было золотое кольцо с бриллиантом, – остановился Харыбин и некоторое время молча смотрел на решетку.

 – Это неразумный поступок, Юля.

– А заявляться ко мне в гостиничный номер после полуночи и просить разрешения остаться у меня на ночь – это, по-вашему, разумно? Никакой женщине, даже самой некрасивой или распущенной, не нравится, когда ее принимают за шлюху. Я согласна с вами в том, что я какой-то период жизни не могла разобраться со своими мужчинами, но Крымова я действительно любила, а вот Игорь… Я хотела стать ему женой, но не смогла, и это трудно объяснить. Хотя уверена, что он был бы мне хорошим мужем, никогда не устраивал бы мне сцен и с пониманием относился к тому, чем я занимаюсь.

Мне нравится МОЕ ДЕЛО.

– Я знаю. Но как же тогда прикажете быть мужчине, который хочет добиться вашего расположения?

– Вы снова перешли на «вы», а это хороший знак. Теперь вы уже не станете проситься ко мне в номер?

– Не знаю. Вы не замерзли?

– Нет, я чувствую себя отлично.

– Вы приехали сюда, чтобы выяснить прошлое Белотеловой? Я бы мог вам помочь.

– Вот от этого я не откажусь. Тем более что ее дело становится все запутаннее.