– Уверен, что сир Кайл никого не хотел оскорбить, – поспешил вмешаться Дунк.

– Само собой, – подтвердил Кот. – Это давно было, парень, к чему сводить старые счеты. Все мы теперь входим в одно межевое братство.

Сир Глендон долго взвешивал его слова, подозревая в них насмешку, и наконец сказал:

– Дейемон Черное Пламя не был изменником. Старый король вручил меч ему, хоть он и родился бастардом – а значит, и королевство ему предназначил. Знал, что он превосходит Дейерона во всем.

Стало тихо, только костер потрескивал. Дунк прихлопнул комаров у себя на шее, глазами призвал Эга к молчанию и сказал:

– Во времена Багряного Поля я был малым ребенком, но рыцарь, которому я служил, сражался за красного дракона, а тот, которому я потом присягнул – за черного.

Отважные воины были и на той, и на другой стороне.

– Были, да, – не совсем уверенно отозвался сир Кайл.

– Герои. – Сир Глендон повернул свой щит и показал герб – желто-красный огненный шар на полуночно-черном поле. – И во мне течет кровь одного из них.

– Вы сын Огненного Шара, – догадался Эг, и сир Глендон в первый раз улыбнулся.

– Сколько же вам лет? – удивился сир Кайл.

 – Квентин Болл погиб…

– Еще до моего рождения, – завершил Глендон, задвинув меч в ножны, – но продолжает жить в моем теле. Я докажу это в Белых Стенах, завоевав драконье яйцо.

* * *Наутро пророчество сира Кайла сбылось. Сначала стали переправлять лордов Костейна и Шоуни, и каждая ездка туда-сюда, а их было несколько, занимала более часа. Из-за илистых берегов лошадей с повозками приходилось сводить по сходням, а потом тем же манером разгружать на той стороне. Лорды еще больше затянули переправу, заспорив о первенстве: Шоуни был старше, Костейн же полагал, что его род знатнее.

Дунк терпеливо ждал, почесывая укусы.

– Вот позволили бы мне снять сапог, и первыми были бы мы, – сказал Эг.

– Ни к чему это. Лорды приехали сюда раньше нас, притом они лорды.

– Мятежники, – скорчил гримасу Эг.

– Как так?

– Лорд Шоуни и отец нынешнего лорда Костейна сражались за Черное Пламя. Мы с Эйемоном разыгрывали это сражение на зеленом столе мейстера Мелакина с раскрашенными солдатиками и маленькими флажками. Герб Костейнов поделен на четверти: серебряная чаша на черном поле и черная роза на золотом.

Это знамя находилось на левом фланге Дейемонова войска, а Шоуни вместе со Жгучим Клинком бился на правом и заработал тяжелые раны, от которых едва не умер.

– Это дело прошлое. Они оба здесь, не так ли? Стало быть, они склонили колено, и король Дейерон их помиловал.

– Да, но…

– Помолчи. – Дунк защипнул мальчику губы, и тот внял совету.

Как только отчалил последний паром с людьми Шоуни, на пристани появились лорд и леди Смолвуд с собственными людьми, и межевым рыцарям опять пришлось ждать.