Я протёрла его поверхность салфеткой и села. Сил стоять не было. В голове теснились мысли, такие же чёрные и мрачные, как разводы от копоти и дыма на потолке зала. Вдруг сбоку послышались шаги. Я подняла голову – сбоку от меня стояла женщина, короткие тёмные волосы разделены косым пробором, на губах заученная, вежливая улыбка, едва раздвигающая уголки губ.
– Здравствуйте, а вы что тут делаете?
– Здравствуйте. Расскажите, пожалуйста, о произошедшем. Пару-тройку предложений. Что вы чувствуете, находясь на пепелище?
Я посмотрела за спину женщине, заметив мужчину с перекинутым через плечо ремнём от видеокамеры, скрестила руки на груди, сказав как можно тверже.
– Я чувствую, что прямо сейчас отправлюсь жаловаться полицейскому на ваше незаконное проникновение на частную территорию. Вам ясно? Дверь найдёте сами, она на том же самом месте.
Женщина попыталась ещё что-то сказать, но я уже упорно подталкивала её к двери, приобняв за талию и запачкав чёрной пятерней её светлый пиджачок. Прикрыла дверь, как могла, и достала сотовый телефон, чтобы кинуть клич о помощи. Вариантов было немного…
Наверняка Ирке уже надоело вытаскивать меня из передряг, и в последнее время я превысила лимит дружеской помощи, но деваться некуда.
А мне хотелось бы немного прийти в себя и решить, как быть дальше, перед тем как гнев брата падёт на мою многострадальную пятую точку, собирающую на себя с каждым днём всё больше приключений.
Вот теперь точно можно поддаваться панике и унынию.
– Ааа, это ты…
– Так и есть. А ты на кого подумала?
– Да так, неважно…
Я прошла обратно в зал, разнося грязь и копоть подошвами туфель.
– Можно не разуваться, как видишь. Чаю тебе тоже предложить не могу, только воду из-под крана. Но пить её не рекомендую.
















Комментарии
Добавить комментарий