– Я и не осуждаю, – ответила Реджина. – Правда. Возможно, я научусь… любить Драйдена… когда нибудь.

– Не уверена, что любовь работает так, – тихо произнесла Николь. – Во всяком случае, не истинная любовь.

Реджина закрыла лицо руками.

– Достаточно о графе Драйдене! Я решу, как с ним быть, когда придет время. А сейчас мне хотелось бы обсудить, как поцеловать Даффина снова.

После этих слов к Реджине вернулось хорошее настроение.

– О, моя дорогая, – радостно захлопала в ладоши Николь, – для этого существует омела.

Глава 23"

"За день до сочельника мисс Хевершем путешествовала по окрестностям: навестила друзей и арендаторов дяди, съездила в деревенскую лавку за подарками, а также похвалила слуг за прилежную работу, долго и мило беседовала с бабушкой и даже ухитрилась обшарить все вокруг в поисках свежей ветки омелы, которую с наступлением вечера тотчас же вручила Николь, обещавшей обо всем позаботиться.

Сидя в нижней гостиной, мисс Хевершем делала вид, будто читает письма от друзей, в то время ее сердце болезненно сжималось при мысли об одиннадцатилетнем мальчике, узнавшем о том, что его маму убили.

Да когда? В канун Рождества!

Реджина отчетливо помнила тот день, когда бабушка ей сказала, что родители больше не вернутся домой. В тот момент Реджина играла с куклами, но после того, как бабушка, вся в слезах, вышла из комнаты, убрала кукол и больше никогда их не доставала.

Во всяком случае, у нее остались бабушка и дядя, на которых она могла положиться. У Оуклифа, судя по всему, не было никого. Он не упоминал других родственников и сказал, что отец не принимал участия в его жизни. Что это означает? Что случилось с Даффином? Реджине отчаянно хотелось узнать ответы на эти вопросы.

Он нуждался в любви и поддержке.

В последние несколько дней она видела Оуклифа нечасто, так что возможности поймать его под веткой омелы не представилось. Каждое утро он был занят тем, что обходил дом и близлежащие окрестности, а днем наблюдал за Реджиной, точно ястреб за только что вылупившимся птенцом. Мисс Хевершем бо?льшую часть времени проводила в доме – играла на фортепьяно или беседовала с бабушкой и дядей Эдвардом. Николь тоже старалась не выходить на улицу и тщетно пыталась заняться тем, что ненавидела более всего на свете, – писала письма и вышивала подушки.

Реджина почти физически ощущала поселившуюся в душе подруги тоску. Николь отчаянно скучала по мужу. Марк собирался приехать завтра вечером, чтобы встретить Рождество в кругу семьи.

– Реджина, – позвала Николь, сидевшая в гостиной у окна.

– Тебе что то нужно? – Мисс Хевершем подошла к кузине и увидела в окно, как Даффин направляется по заснеженной лужайке к черному ходу.