– Нет, просто интересно, кто там в Оселецке после Шампиньона. Если его убили, конечно.

– Ты его и убил.

– Кто там после него?

– А после него хоть потоп. Или Горилла? – обращаясь к своему напарнику, спросил Сельев.

– Годзилла! – поправил его Кривенко.

Менты проявили осведомленность, но Олег не спешил падать духом.

– Так вы хотите сдать меня Годзилле? – осведомился он.

– И сдадим.

– Это ловушка. Годзилла ненавидит ментов. Обратно вы не вернетесь.

– Да вот нам что-то не страшно.

– Это ловушка, – повторил Олег. – Или фуфло, которые вы мне тут впариваете. – Он откинул назад голову и закрыл глаза, давая стражам порядка понять, что совершенно потерял интерес к этому разговору.

Мол, лучше немного вздремнуть, чем слушать чьи-то бредни.

– Если вы думаете, что я куплюсь… – все-таки проговорил парень, но не стал продолжать фразу, вместо этого просто качнул головой.

Не купится он, так что менты только зря теряют время и бензин.

– И Шампиньона я не убивал. – Олег зевнул, ладонью прикрывая рот.

– Это ты Годзилле расскажешь, – заявил Сельев.

Машина выехала из города и взяла курс на Оселецк.

Олег, конечно, нервничал, но виду не подавал. Зато Сельеву как будто кто-то иголок под задницу накидал или ежа подложил. Нервы у него зачесались, он заерзал на своем месте.

– Ты точно Шампиньона не трогал? – наконец-то спросил капитан.

– Нет, конечно, – стараясь скрыть усмешку, ответил Олег.

– А слухи такие ходят.

– Видать, далеко они зашли.

– Не очень-то. Ровно туда, куда ты сбежал.

– Я не сбежал, а к маме приехал.

Сельев глянул на него, как на маменькиного сыночка, и презрительно хмыкнул.

Олег оторвал голову от спинки сиденья, повернулся к Сельеву и посмотрел на него, как на пустоголовое ничтожество.

Плох тот тип, который не понимает, как тяжело ребенку жить без отца и матери. А тот, кто еще и насмехается над этим, и вовсе не имеет права называться человеком. Именно эту простую истину и пытался донести Олег до этого мента.

Какое-то время Сельев смотрел в окно, напряженно думал о чем-то, затем велел напарнику развернуть машину.

– Значит, ты не убивал Шампиньона? – опять спросил он.

– Нет.

– А контрабанда?

– Контрафакт.

– Значит, есть?

– Если вы всерьез взялись за это дело, то и сами об этом знаете, – проговорил Олег.

– Мы за все беремся всерьез.

– Сколько вы хотите?

– Чего хотим?

Олег промолчал. Если Сельев был настроен на коррупционную волну, то он все понял, а если нет, то и говорить с ним не о чем.

– Сорок процентов, – немного подумав, сказал капитан.

Олег отрицательно качнул головой. Сорок процентов – это явный перебор. Лучше завязать с контрабандой, чем терпеть такой расклад.

– Не слышу ответа! – поторопил его Сельев.

Олег снова откинул голову на спинку сиденья и закрыл глаза.