Я уже собралась перезвонить Галке, когда он, наконец, пришёл.

-Лилия Александровна, рад познакомиться! Жаль только, что при таких обстоятельствах, - доктор приветствовал меня как звезду мыльной оперы, не меньше. Интересно, почему?

-Мне уже три или нет, четыре раза звонили, чтобы к вам отнеслись как можно внимательнее. К слову сказать, у нас ко всем прекрасно относятся, и лечат тоже всех, безо всяких звонков.

Кажется, он прятал раздражение за своей приветливостью.

-Извините, - коротко ответила я. В конце концов, звонки - не моя инициатива.

Врач кивнул, читая мою историю болезни, как будто впервые её видел. Его как будто что-то смущало.

-Ирина Викторовна написала в рекомендации консультацию психиатра. Вы с моста прыгнули?

Он не представился, но имя было написано на бейджике, поэтому, наверное, не посчитал нужным. Георгий Юрьевич. “Он же Жора, он же Гога”

-Я не прыгала, - ответила ему коротко. Мне доктор не понравился. Хотя, объективно, был вполне себе ничего. Галка сказала бы “надо брать”. Стрижка стильная, золотое колечко в ухе. Рубашка в вырезе халата дорогая. Мажор какой-то.

-Как вы себя чувствуете? Нога болит? - он коснулся моей лодыжки.

-Болит, если двигать и наступать. В покое нет.

-Это нормально, отёк спадёт - уйдёт и болевой синдром. Могу немного увеличить дозу обезболивающего. На ночь…- он сделал пометку в истории болезни.

Коснулся моего лба.

-Головной боли нет? Хорошо. Давайте я вас послушаю. Снимите кофточку.

Закончив с осмотром, он поднялся.

-Что ж, хорошо. Психиатр придёт к вам в течение дня. Кстати, Лилия Александровна, - он чуть поморщился, едва уловимо, - меня предупредили, что вы ценный сотрудник известнейшей фирмы, но…давайте без паломничества в отделение. Нашим проверяющим всё равно, что за “звёзды” у нас здесь лежат. Правила должны быть одинаковыми для всех.

Внутреннее я закипела. Это ж какой “доброжелатель” меня так подставил? Ценный сотрудник. Этот доктор, наверное, бесится от злости - названивают, отвлекают.

-Хорошо, Георгий Юрьевич. Но я там на дверях не стою, и держать их изнутри не имею возможности. Если кто-то и прорвётся, знайте - я была против.

Доктор усмехнулся и вышел из палаты, ничего не ответив.

А я, наконец, смогла набрать Галку, собираясь выслушивать длинные тирады о моей беспечности и неуклюжести.

Галкино лицо было опухшим, как подушка. Увидев меня в синяках и царапинах, подруга скривилась и заплакала, всхлипывая по-детски, не вытирая и не замечая своих слёз. Они так и текли двумя ручьями по лицу, капая потом с подбородка.

Я почувствовала, что сейчас разревусь тоже.

-Галка, перестань, ну? Я жива-здорова. Ничего страшного не случилось.

Галя глубоко задышала, чтобы успокоится, уставилась в потолок.

-Я так испугалась за тебя…Когда Сёмка позвонил…А потом испугалась ещё сильнее.