Да и все равно это ненадолго…

— Идем, братишка, дел невпроворот, — бубню на ходу и ойкаю, когда Левицкий чересчур сильно сжимает мою ладонь. Оглядываюсь и останавливаюсь, ведь он буквально парализует меня платиной, мгновенно пригвоздив к полу.

Ян рассердился. И меня это сейчас не радует. Наоборот, пугает.

— Мика… — цедит он сквозь зубы, но его друг не позволяет договорить.

— Так, теперь мы готовы подписать контракты? Я назначу несколько встреч на сегодня! Прямо сейчас обзвоню партнеров и… — тараторит Петр и, обойдя нас, врывается в кабинет.

— Нам некуда торопиться, — прерывает его Левицкий, когда мы заходим следом.

— Но, Ян! Мы ведь ждали Доминику, чтобы наконец заключить долбаные контракты, — начинает нервничать Петр. — Компания скоро окажется в полной… — закашливается.

Бросаю уничтожающий взгляд на Яна, ненавижу его за то, что он изначально планировал использовать меня «для дела». И отворачиваюсь, чтобы не выплеснуть ненужные эмоции. Вместо того, чтобы скандались с вруном и манипулятором, я приближаюсь к его рабочему месту, огибаю стол.

— Какая я, оказывается, ценная птица. Да, братишка? — плюхаюсь в кресло руководителя.

Боковым зрением цепляюсь за чашку горячего кофе и мысленно галочку ставлю, что он уже стоял здесь, когда мы вошли. Ждал. Но чего?

— Петр, оставь нас, мы с Доминикой переговорим, — Ян строго указывает другу на дверь.

Выхватывает из его рук контракты и небрежно бросает на стол. Папки падают с громким шлепком. Чуть ли не перед моим носом! От неожиданности я едва не подскакиваю на месте.

— Времени в обрез, друг, — Петр выпаливает свой последний аргумент, но Левицкий непреклонен.

— Лично я никуда не тороплюсь, — сделав вдох, тянусь к бумагам и перелистываю их.

 — Но ничего не подпишу, пока не разберусь, что и как, — заявляю, сама удивляясь своей решительности. — Кстати, мне нужна будет консультация зятя, — серьезно на Яна смотрю. — Александра Врагова, — уточняю. — Так что придется вам подождать, — исподлобья зыркаю на надоедливого Петра.

— Корпоративная тайна, — выдыхает он возмущенно. — Документы нельзя выносить за пределы компании. И тем более, показывать кому-то до подписания.

Собираюсь возразить, что Врагов — не «кто-то», а бизнесмен и человек, которому я доверяю.

Однако Ян опережает меня, удивляя своей непредсказуемой реакцией. Я ведь жду, что Левицкий откажет мне, и готовлюсь «кусаться» в ответ. Но он взмахивает рукой и указывает Петру на дверь.

— Мы обсудим этот и другие вопросы наедине. Свободен, — рявкает, разозлившись. — И запомни, Доминике МОЖНО ВСЕ, — выделяет интонацией. — Если она хочет показать документы кому-то, то пусть делает, — оборачивается ко мне и наверняка видит растерянность на моем лице. Усмехается. — Пусть хоть сожжет.