Жесткие черты, хищный, почти убийственный взгляд, отчетливая темная сила, пляшущая вокруг затянутой в черную пару фигуры – такой глава магполиции вызывал страх.

Я невольно попятилась.

– Лорд Каллеман, вы не имеете права! – Полузадушено просипел блондин.

– Я тебе покажу права, щенок, – тихо сказал Каллеман и встряхнул противника, как безвольную тряпку. – Говорил же, держись от моей жены подальше. Ты плохо меня услышал?

– Леди Эвелин сама может решать, с кем ей общаться! – Не понимая, что делает только хуже, гонорился блондин. – И вы не смеете запрещать ей…

– Ты что-то путаешь, дружок, – иронично произнес Каллеман, и у меня мороз по коже пошел от того, как он это сказал. – Своей жене я ничего не запрещаю. А вот тебе…

Он замолчал на пару секунд, а потом как-то очень веско добавил:"

"– Больше предупреждать не буду, Ройзен. Пошел отсюда. И если еще раз увижу, что трешься возле Эвелин, голову откручу, и скажу, что так и было. Тем более, твой дед уже давно подумывает передать наследство Генри. А тут и повод будет – зачем безголовому герцогский титул?

– Вы мне угрожаете? – Вскинулся Ройзен, покраснев от натуги.

– Больно надо, – хмыкнул Каллеман. – Надеюсь, ты меня услышал. Больше повторять не буду.

Он отпустил своего собеседника и брезгливо отряхнул руки, а блондин, пошатываясь, побрел по коридору в противоположную от зала приемов сторону. И выглядел при этом так, будто залпом выпил литр неразбавленной дацки.

Каллеман посмотрел ему вслед и криво усмехнулся.

– Щенок, – тихо хмыкнул глава магполиции и достал портсигар.

По коридору потянуло терпким горьковатым дымом. Я осторожно попятилась, собираясь вернуться в зал, но в этот момент в коридоре послышался звонкий перестук каблучков, и навстречу мне попалась та самая светловолосая девушка, жена Каллемана. Она пронеслась мимо меня и кинулась к мужу.

– Эрик?

– Да, любовь моя?

Голос Каллемана так разительно изменился, что я замерла на месте, а потом, не сдержав любопытства, вернулась к своему наблюдательному пункту.

– Ты снова за свое? – Сердито произнесла девушка, при этом нежно отводя от лица мужа выбившуюся темную прядь.

– О чем ты?

Каллеман удивился так искренне, что, не наблюдай я недавнюю сцену, то наверняка бы поверила. Но леди Каллеман, похоже, хорошо знала своего супруга.

– Что ты сделал с несчастным Ройзеном? – Настойчиво спросила она.

– Да ничего я с ним не делал, – совершенно спокойно ответил Каллеман. – Мы просто поговорили, Эви.

– Знаю я твои разговоры, – фыркнула девушка. – Он хоть на своих ногах ушел? Эрик, я же тебя просила, оставь моих однокурсников в покое. Ты так всех запугал, что они ко мне подойти боятся!

– И правильно боятся, – хмыкнул Каллеман. – Не злись, Эви. Эти сопливые мальчишки позволяют себе слишком многое.