Ты выгрызла себе путь наверх, — подруга подняла палец и уперла его в желтоватый потолок, — …а удержать не смогла. Более того, ушла, небось, гордо и с апломбом.

Я снова скривилась, вспоминая, как запустила в мужа использованным тестом, и вдруг прыснула от смеха. Я смеялась все больше и больше. Привет, истерика. Но Эли просто вывела меня из себя.

Подруга даже не стала спрашивать, что я сделала. Она лишь усмехнулась.

— Эли, признайся, где он? — с трудом справившись со смехом, выдавила я из себя. Подруга нахмурилась, сведя свои светлые брови к переносице.

— Кто?

— Муж мой где?

— Откуда мне знать. Я еще не успела его утешить, — фыркнула она и хохотнула. — Мне, знаешь ли, подготовиться к этому надо. А не с разбегу брать дракона за рога.

Я снова прыснула.

— А я думала, он у тебя в шкафу сидит.

— Думаешь, подкупил меня ништяками, чтобы я тебе подобное советовала, — понимающе протянула Эли.

— Ага, — не стала скрывать я и отпила сладкого чая.

— Тогда бы я уже паковала вещи и приплясывала джигу. На море, знаешь ли, хочу побывать. Да и шкаф маловат.

Мы замолчали. Веселье сошло на нет.

— А если честно, то я думаю, что даже быть любовницей — это хороший вариант.

— Не неси бред, — несогласно покачала я головой. Это разговор начал меня утомлять. Голова раскалывалась.

— Не бред. Ты просто всегда была такой. — Подруга потрясла ладонью в воздухе. — Ни хрена тебе было не нужно. Довольствовалась малым. Зубрилка душная, одним словом. А мне вот хотелось хорошо одеваться, покупать себе белье нормальное, а не таскать застиранное до дыр. Колготки тонкие хотела, а не толстые, как кожа мадам Статс."

"Я горько усмехнулась, понимая подругу, как никто другой. Да и она знала меня. Болезненная гордость — это то, чего было у меня не занимать.

— А я вот не хочу свою жизнь провести в нищете. Я хочу вырваться отсюда, — стала распаляться Эли.

— Так кто тебе мешал пойти учиться на лекаря? Нас всех брали на бюджетные места в медицинскую академию.

— Ага, ты вот это воспринимаешь как дар? Верно.

— Конечно. Это возможность для таких, как мы, выучиться и стать людьми.

— Дура ты как есть. Ничего в жизни не смыслишь. Да они просто  снабжают госпитали младшим персоналом, уборщиками. Я даже лечить никогда не буду.

— Ты сама пошла на это, — запротестовала я.

— Ну не всем же быть как ты, задроткой. Как Арман вообще оторвал тебя от учебников? Не представляю.

— Если уж разговор пошел в таком ключе, то скажу тебе, Эли, правду. Ты тоже могла бы не порхать как бабочка по жизни, а напрячься, сжать свои симпатичные булки и поступить на лекаря. Там бы спасла какого-нибудь мажорчика да ходила бы в содержанках. Но ты же не додумалась до этого, м?

— Ну и гадина же ты, — прищурилась подруга.

— Ты тоже, — не осталась я в долгу. — Короче. Давай закончим этот разговор.