Визжат тормоза на светофоре, отрезвляет. Совсем рассудка лишился. Дебил, блядь. Утыкаюсь лбом в руль, мычу.

Соберись, тряпка. Соберись, выдохни. Прими последствия. Вернусь — буду доверие дочери завоёвывать. И с Костиком тоже поговорить надо. Сейчас? Или через год-другой? Сейчас, Марат.

— Ты не прошёл тест, — говорит Андрей, наш врач, и пристально смотрит на протокол медосмотра. — Что случилось?

— Ничего, — улыбаюсь, а у самого ладони мокрыми становятся.

— А если честно? Марик, не пущу, сам знаешь.

Блядь. Стискиваю виски, пальцами, провожу ладонью по лицу.

— По ходу, с женой развожусь.

— Понятно. — Андрей кивает и ставит красную печать на протоколе. — Зайди к кадровикам. Отвод от полётов на неделю по медицинским показаниям. Решай свои дела, приводи нервы в порядок.

Забираю бумаги с ощущением свободного падения. У дверей догоняет любопытное:

— Кто виноват-то?

Поворачиваюсь, криво улыбаюсь:

— А сам как думаешь?

Глава 33

Марат

Не могу сейчас домой. Не могу, и всё тут. Сижу в машине и не знаю, куда дальше, зачем. Можно в нашу гостиницу, но Андрей наверняка разнесёт, потянутся сочувствующие, через это прошедшие и желающие помочь. У Карена сегодня рейс. Мой. А я за бортом. Думаю, где у нас поблизости могут быть гостиницы, открываю карту. Хочется забиться в нору и сдохнуть там. Привести мозги в порядок? Хуй там, они у меня пропеллером взбиты в кашу.

Бронирую номер, по пути заезжаю в магазин, набираю разной хуйни, бросаю, не глядя, в корзину. Туда же пару бутылок вискаря, колу. Нажраться от души, забыться, уйти от проблем. Обычно их встречал глаза в глаза, но сейчас не могу сам на себя смотреть.

Номер с двуспальной кроватью, приличный. Мы в таких с Агатой останавливались, когда встречаться начали, а уединиться негде было. Половину стипендии на них сливал и не жалел. Когда всё пошло не так? Или с самого начала начал неправильно, когда поставил на первое место не чувства к Агате, а расчёт?.. Когда увидел тестя и подумал: хочу так же. Чтобы жена дома ждала, в рот заглядывала. Наши с Агатой отношения с самого начала были не про «на равных».

Она совсем другая, не тот образ, что себе нарисовал и оживил. Сейчас просто глаз не отвести, при одном только взгляде аритмия начинается. Столько скрытой силы в жестах, взгляде, интонации…

Сажусь на пол, прислоняюсь к кровати и достаю бутылку. Не верится, что потерял. Так просто. Только сейчас начинает доходить, отдача бьёт в голову. Срываю пробку, присасываюсь к горлышку. Выдыхаю, проглотив, на глазах выступают слёзы.

Каринка. Простит ли когда-нибудь? Хочется верить, что простит. Не сразу, но простит обязательно. Всё, что необходимо, для этого сделаю. И Костик. Как ему вообще это объяснить, он же такой маленький! Бля-я… Придётся с Лялькой обсудить. Видеть эту суку не хочу, как отрезало.