— Да у него в каждом городе по семье, — снисходительно тянет Юлька.

— Если так было с твоим дальнобоем, я тут ни при чём, — парирую.

Первым мужем у Юльки был моряк дальнего плавания. Закончилось всё печально: трое детей и гражданская жена во Владивостоке. Хорошо хоть с Юлькой детей не сделали… Подруга тогда, конечно, была уничтожена. Как вспомню, так вздрогну.

Самолёт плавно отрывается от земли, в динамиках голос Марата, бархатный и низкий: капитан приветствует пассажиров. Сердце сладко сжимается. Представляю его за штурвалом и низ живота согревается. Устрою ему секс-марафон на всю ночь, половина чемодана забита новым бельём. Марат всегда начинает с того, что смотрит на меня. Не так, даже: пожирает глазами, заставляя кожу покрываться мурашками. Один только этот взгляд возбуждает лучше прикосновений. После родов фигура наконец округлилась в нужных местах, а фитнес и йога утащили с собой лишние килограммы. Люблю своё тело, а Марат — боготворит.

Далеко внизу раскинулось море. Искрится, отражая солнце. Пока жду багаж, постоянно оглядываюсь: конечно, шансов встретить Марата сейчас мало, но не хочу попасться на глаза его экипажу. Наконец чемодан получен. Выхожу из аэропорта, вдыхаю неповторимый запах Сочи. Только здесь так пахнет: совсем немного бензином и очень много — йодом. Таксисты уже зазывают, как будто у меня не хватит мозгов заказать Яндекс или Убер. Достаю телефон, когда сквозь шум аэропорта слышу громкое:

— Марик!

— Папа!

Машинально поворачиваюсь, даже не знаю, зачем. Каменею. Марат в нескольких шагах от меня подхватывает на руки светловолосого мальчишку и другой рукой сгребает в охапку яркую черноволосую красавицу.

Кружится голова. Пошатываюсь, спотыкаюсь. Сестра, подруга, старая знакомая, жена его друга — мозг подбрасывает варианты. Хоть один, чтобы зацепиться и устоять на ногах. Марат её целует. Влажно, я даже вижу, как его язык забирается в её рот. Передёргивает. От боли и шока не могу дышать. Смотрю, как они идут к ярко-красной Мазде, как Марат усаживает сына в детское кресло. Садится на переднее сиденье и тянется за поцелуем.

— Куда поедем, девушка? — усатый армянин с круглым животом широко улыбается, щеря прокуренные зубы.

— За… — сглатываю. — За той машиной, пожалуйста."

"Только сейчас поняла, что всё это время сжимала телефон и смотрела на мужа. Это ведь правда был мой муж? Сколько лет мальчику? На вид около четырёх-пяти, нашей Каринке недавно исполнилось семь, в этом году она идёт в первый класс. Ещё три часа назад мы обсуждали отпуск, чтобы вернуться к первому сентября.

В голове гудит. Таксист молчит. Наверняка всё понял. Господи, как мне жить дальше?! Как смотреть людям в глаза? А его экипаж, его друзья… Выходит, все вокруг всё знали, все, кроме меня?! От шока не могу даже заплакать.