Выглядишь так, будто грохнул кого-то с особой жестокостью и закопал, или готовишься осуществить задуманное в ближайшее время, – весело выдает.

Хочет разрядить обстановку, да не может.

– Если не захлопнешься, с тебя и начну, друг, – последнее слово произношу с нажимом.

Носится со мной, словно курица с единственным цыпленком.

Если бы не общий бизнес, я бы послал его.

– Поехали в бар? Я выпить хочу, – поправляет ворот рубашки, словно от удушья страдая.

– У тебя вообще нет работы? – уточняю в который раз.

Осознаю – веду себя по отношению к нему некрасиво. Будто мы и не друзья вовсе.

– Ты моя работа. Случись что с тобой – я себя не прощу. Нет, правда, Марат, может, пора включиться? Нам уже в лоб говорят – на тебя заказ. Чего мы, собственно, ждем?

– С чего ты взял, что я ничего не делаю? – если бы не пиздец с бизнесом, я бы точно крышей поехал на почве развода. А так хоть отвлекаюсь немного.

– Наверное, потому, что вчера три наших офиса мордой в пол положили и опечатали. Танкеры – один с наркотой задержан, другой на плановом осмотре повредили, и теперь его разве что на металл продать. Помнишь, как в юности? Поедем, медь хоть посрезаем? – всё ещё шутит, но интонации резче становятся.

Опрометчиво Гимаева душкой считать. – Если ты не расслышал, мой тупой друг, то только что нам сказали, что тебя заказали. Один профессиональный выстрел, и нет моего заносчивого, высокомерного друга. И более того, я тебя предупреждал. Говорил, что так и будет.

– Ничего нового. Спасибо за беспокойство, но пока ведем себя тихо. Дай людям поработать. Никаких провокаций. Дай ещё несколько дней.

Сам я о другом беспокоюсь.

Перестал ощущать трепет предвкушения грандиозных событий.

Со дня на день я точно буду знать, кто именно сверху за веревочки дергает, но меня это не радует. Вообще удовлетворения не ощущаю.

Каждый раз, когда домой ночевать приезжаю, просыпаюсь рано и в рассветных лучах рассматриваю огромную пустую спальню. Атмосфера в ней стоит как в загробном царстве.

У меня никого нет.

Единственного дорогого мне человека сам выжил из своей жизни.

Откровенно говоря, первое время я был потрясен до глубины души. Не ожидал, что потеря жены на мне так скажется.

Любил её очень. Был одержим Авророй с первой нашей встречи.

Знал, насколько весомо её влияние на меня, но все равно не рассчитал ту степень опустошения, что испытал, потеряв её.

Ро снится мне каждую ночь. Вижу её наяву. Ощущаю аромат её кожи и теплоту желанного тела. С ума схожу. Грань между реальностью и видениями смыта давно.

До ломоты в костях прикоснуться к ней мечтаю. Ощутить под пальцами нежную, гладкую кожу.

Сегодня, например, меня обуял животный ужас, когда я понял, что теперь так будет всегда. Проснулся с ощущением дикого, бесконтрольного страха.