Злость такая, что справиться не могу. О рациональности и говорить не стоит.

Виновата перед малышом. Меня сильно трясёт.

Стараюсь взять себя в руки. Но как тут?!

«Шлюхе своей указания будешь давать. Глубже или слюны напустить», – набираю трясущимися пальцами – гневная пелена перед глазами.

Перед отправкой выходит опомниться.

Всё же стираю.

Не хочу, чтобы он знал, как много я о его измене думаю.

Слишком уж унизительно.

– Аврор, с тобой всё в порядке? – спрашивает Ильяс, держа в руках стаканчик с моим кофе. Я так увлеклась тяжелыми мыслями, что забыла о присутствии посторонних вокруг.

– Только за, – отвечаю с уверенной, как я надеюсь, улыбкой.

Сжимаю телефон в руке и под стол убираю.

Нетерпение такое, что кончики пальцев покалывает. В переписке могла бы запросто с мужем поругаться, это не личная встреча, когда он одним взглядом осечь меня может.

Но стоит ли высказать и жалеть о несдержанности после?

Ильяс замечает моё состояние. Ставит кофе передо мной и садится рядом.

Смотрит на свои часы наручные

– Расскажи, что случилось? Вы поругались? Марат обидел тебя? – пробегается взглядом сначала по моему лицу, после – по шее, далее – по рукам.

Думает, синяки можно увидеть?

Внутренне напрягаюсь.

Я ведь не настолько глупа. Оделась так, чтобы ничего лишнего заметить нельзя было.

А может, я себя просто накручиваю?!

Натянутая улыбка расплывается на моем лице.

Они ведь братья. Как ему пожалуешься?! Правильно, никак. Если дурочкой выглядеть не захочешь.

Я не хочу.

– С чего ты взял? – поправляю прядь волос, упавшую на лицо. Заправляю её за ухо.

Он неожиданно протягивает руку к моим волосам, подхватывает прядь с другой стороны и повторяет моё действие, совершенное секундами ранее.

Так удивляюсь, что даже на него посмотреть не могу. Просто шарахаюсь, отталкиваясь назад максимально, пока спиной не чувствую преграду.

– Ты чего? – смотрю на него, сдвинув к переносице брови. Хмуростью не выходит смущение скрыть.

– Не могу противостоять твоей ослепительной улыбке, – отвечает запросто, вызывая у меня волну возмущения.

Всё бы ничего, но я не улыбалась! И тем более не заигрывала с ним!

– Ильяс, несмешно!

Обхватив мое предплечье, он тянет меня на себя, подносит руку поближе к глазам и задирает край рукава.

Застываю в шоке, теряя дар речи.

Какого черта?!

Несколько маленьких синячков, оставшихся от пальцев Марата, открываются взору.

Ильяс напрягается.

Не могу поверить, что это реальность!

– Это Марат сделал? – спрашивает тихо, но явно заинтересованно. – Что у вас происходит? Марат злой по офису носится, распинает всех, кто под руку попадется. Скоро сотрудники при виде его станут в стены вжиматься. А ты в синяках.