– Она положила руку мне на грудь.

Ошибка номер три.

Она не успела даже ахнуть, когда я развернул ее и наклонил над комодом – одной рукой схватил за подбородок и запрокинул голову, а другую сомкнул на горле. Мой член вжался в ее задницу, твердый и сердитый.

Я был на грани весь вечер. Черт возьми, да я был на грани уже два года! Как только Бриджит фон Ашеберг вошла в мою жизнь, начался обратный отсчет до моей гибели – и, возможно, все полетит к черту именно сегодня.

– А следовало бы, принцесса. Хочешь знать почему? – прорычал я. – Потому что ты права. Я тебя хочу. Но не целоваться и не заниматься с тобой любовью.

Я хочу тебя трахнуть. Наказать за то, что говоришь дерзости и позволяешь другому мужчине к себе прикасаться. Хочу задрать это чертово платьишко и проникнуть в тебя так сильно, что ты несколько дней не сможешь ходить. Я хочу всего этого, хоть и не могу получить. Но если ты не перестанешь так на меня смотреть… – Я крепче сжал ее подбородок и горло. Она смотрела на меня через зеркало, ее рот приоткрылся, а глаза потемнели от страсти. – Я возьму все равно.

Это были резкие, горькие слова, наполненные похотью и гневом.

Они должны были отпугнуть ее, но Бриджит совсем не казалась напуганной. Она казалась возбужденной.

– Так сделай это, – сказала она. Я замер, моя рука сжалась вокруг ее горла, а член угрожал пробурить в штанах дыру. – Трахни меня, как только что обещал.

Глава 15

Рис

Когда Бриджит произнесла слово «трахни» своим шикарным, поставленным голосом…

Мне потребовался каждый грамм самоконтроля, чтобы не выполнить обещанное. То, о чем она попросила.

И хотя больше всего на свете мне хотелось наплевать на осторожность, послать все к черту и дать ей то, чего мы оба так жаждали, я этого не сделал.

Бриджит все еще была пьяна. Может, не так сильно, как полчаса назад, но достаточно, чтобы утратить ясность суждений."

"Я подозревал, что в ней говорил алкоголь. Черт, да она только что была готова отправиться домой с Винсентом Хаузом, которого ненавидела!

– Это не было обещанием, принцесса.

Мои пальцы впились в ее кожу.

– А по-моему, было.

Господи. Искушение так близко – я почти чувствовал его вкус. Оставалось только протянуть руку, и…

«О чем ты, черт возьми, думаешь, Ларсен? – зарычала моя совесть.

 – Она твоя клиентка, и к тому же чертова принцесса! Убирайся к черту, пока не натворил дел, о которых пожалеешь еще сильнее, чем о нынешних!..»

Неважно, что ей оставалось быть моей клиенткой всего две недели. Контракт еще не истек, а сегодня вечером мы уже нарушили почти все профессиональные границы.

– О чем я и говорил, – выпалил я, не зная, на кого злиться больше: на нее или на себя. – Тебя как подменили. Бриджит, которую я знаю, не стала бы просить телохранителя себя трахнуть.