Я подошел к входной двери и постучал, кожа покрылась мурашками от волнения.

Кристиан уехал утром. Самая короткая поездка в истории межконтинентальных путешествий, но в США его ждали срочные дела, так что я не мог его винить.

Он словно бросил гранату и убежал.

Брат открыл после второго стука. Если он и удивился, увидев, что я без предупреждения явился к нему на порог в четверг днем, то виду не подал.

– Здравствуйте, мистер Ларсен.

– Привет, брат. – Я не стал ходить вокруг да около.

Улыбка Андреаса исчезла. Он пристально на меня посмотрел, прежде чем распахнуть дверь и отступить в сторону.

Я вошел, скрипя ботинками по блестящему мраморному полу. Не считая нескольких белых штрихов, все в доме было серым. Светло-серые стены, серая мебель, серые ковры. Словно заходишь в дорогую тучу.

Технически Андреас по-прежнему жил во дворце, но последние недели он чаще проводил время в своем частном доме.

Андреас провел меня на кухню, налил две кружки чая и протянул одну мне.

Я не взял. Я пришел не на чай.

– Ты знал. – Я сразу перешел к делу.

Похоже, мой отказ его расстроил – нахмурившись, он поставил лишнюю кружку на столешницу.

– Да.

– Какого хрена ничего не сказал?

– Как думаешь, мистер Ларсен? Мир считает меня принцем. Я принц. Ты правда думаешь, что я готов этим рискнуть, заявив о родстве с американским телохранителем, который, надо сказать, был весьма груб со мной при каждой встрече?

Я посмотрел на Андреаса:

– Как ты узнал?

Когда Кристиан протянул мне бумажку с именами отца и брата, я чуть ее не выбросил. Я чувствовал: это приведет к неприятностям. Но в итоге не выдержал.

Два имени.

Андреас фон Ашеберг, мой сводный брат.

Артур Эрхолл, мой отец.

Наш отец.

Я оказался в родстве с двумя самыми ненавистными мною людьми в Эльдорре. Понимай как хочешь.

На мгновение я впал в ужас, подумав, что мы с Бриджит можем оказаться родственниками, но, к счастью, Андреас был ей не кровным братом. Его отец – Эрхолл, а не ее дядя.

Но личности новообретенных родственников все равно не радовали.

Андреас долго молчал.

– Когда я узнал, что Николай отрекается от престола, я… забеспокоился. За Бриджит. Трон ее никогда особо не интересовал, и я сомневался, что ей вообще нравится Эльдорра. Она провела слишком много времени в другой стране. Я думал, она не подходит на роль королевы.

Колючая проволока впилась мне в сердце при звуке имени Бриджит.

Светлые волосы. Сверкающие глаза. Улыбка, способная осветить даже мою холодную, мертвую душу.

Прошло всего три дня, а я уже так по ней скучал, что был готов отрезать себе правую руку за возможность увидеть ее лично – но она была заперта во дворце с тех пор, как вышла из больницы. Вероятно, планировала помолвку со Стефаном.