Не веря собственным глазам, я смотрела, как на экране вспыхивали наши фотографии с комментариями ведущего. Мы идем по улице, и Рис положил руку мне на поясницу – насколько я помнила, он направлял меня, чтобы я не наступила в лужу. Рис помогает мне выбраться из машины на благотворительном гала-концерте, и наши взгляды встречаются. Я стою слишком близко к нему на уличном мероприятии несколько месяцев назад – мне было холодно, и я пыталась согреться.

Невинные моменты, преподнесенные определенным образом и запечатленные в определенную секунду, казались большим, чем были на самом деле.

Затем всплыли более компрометирующие фотографии. Рис смотрит на Стефана во время нашего свидания на коньках, точь-в-точь как ревнивый бойфренд. Он прижимает меня к машине на парковке Королевского ботанического сада. Мы выходим из отеля, где провели тот славный день, склонив друг к другу головы.

Кто, черт подери, сделал эти снимки? Кроме как на катке, мы не видели никаких папарацци. С другой стороны, мы утратили бдительность, и это ужасно.

Но, к счастью, о сексвидео никто не упоминал. Если бы «Дэйли Ти» его заполучили, то говорили бы только о нем.

– Это правда? – спросила Микаэла, сделав огромные глаза. – Скажи, что неправда.

– Это просто фотографии, – уклончиво ответила я.

Я немного выдохнула. Совсем немного – ситуация сложилась непростая, но поправимая. Видео у них не было.

– Мы можем…

– Бриджит!

Мы с Микаэлой обменялись испуганными взглядами, когда в коридоре прогремел крик дедушки.

Ой-ой.

Час спустя я сидела в кабинете дедушки с Элин, Маркусом и Николаем, которые настойчиво пожелали присоединиться к экстренному совещанию. Микаэлу вежливо, но решительно отправили восвояси. Я не знала, где Рис, но его участие в разговоре – лишь вопрос времени.

– Ваше высочество, вы должны сказать правду. Только тогда мы сможем помочь все исправить. – Когда Элин злилась, у нее дергался левый глаз, и сейчас он дергался так сильно, что лопнул сосуд. – Есть ли в обвинениях доля правды?

Я оказалась на перепутье.

Можно либо соврать и затянуть фарс, либо сказать правду – и будь что будет.

Если выбрать второе, Риса уволят, но, вероятно, он и так обречен – вне зависимости от правдивости обвинений. Теперь он слишком известен, и люди все равно будут сплетничать. Дворец не может себе такое позволить.

Но если я солгу, то выиграю хоть немного времени. Не особенно много, но это всяко лучше, чем ничего.

– Бридж, ты можешь нам доверять, – мягко сказал Николай. – Мы здесь, чтобы помочь.

Не совсем, захотелось ответить мне. Вы здесь, чтобы помочь короне и ее репутации.

Возможно, несправедливо, но в какой-то степени – правда. Им было плевать на меня, Бриджит. Они заботились о принцессе, короне и нашем имидже.