— Все хорошо? — ведет он носом вдоль моей щеки.

— Вполне, Глеб Навицкий, — улыбаюсь как довольная и обласканная кошка. Почти. Ласки сейчас между нами не было.

Он помогает мне салфеткой убрать следы спермы, потом поправить одежду, застегнуть джинсы. Все это делает с ухмылкой, часто заглядывая в глаза. Возможно, он думает, что я ему что-то недоговариваю. А может, вру. Ошибаешься, Глеб. Я тебе никогда не врала. И если присмотришься, то увидишь, что сейчас перед тобой не та Мила, что понравилась тебе. Не темная Мила. Да и не светлая уже. Этот диссонанс порядком меня утомил.

Долгожданный глоток воды, заботливо налитый в мою любимую кружку, протянутую Глебом. Улыбаюсь в ответ. Никто из нас не ожидал такого исхода нашей встречи. Именно сейчас мне не терпится узнать, что чувствует Глеб.

Но спрашивать я не спешу, этот момент ценен своей тишиной. Глеб шумно глотает воду, словно не пил все это время. Безумная жажда.

— Может, все-таки скажешь где ты был?

— Мила! — Строго смотрит на меня.

— Глеб, пожалуйста, — смотрю на него умоляюще, потому что ответ мне важен, очень.

— … нет. Тебе знать не надо, да и неинтересно.

Хочется запустить в него еще чем-нибудь. На этот раз, чтобы точно задело. Желательно сердце. И оставить там рану.

— Что теперь будет? Между нами?

Только не говори про друзей. Это уже будет подло. Даже для тебя, Глеб Навицкий. Он смотрит на меня. Взгляд прямой, цепкий. Отвести свой получается с трудом. Он вытягивает ответы на свои вопросы, которые никогда не решится задать.

— Секс по дружбе? А что? Очень даже современно, — взгляд искрит, цепкость сменяется смешинками.

— Ага, еще скажи свободные отношения, — решаю съязвить я.

— Милка, мне с тобой хорошо. Даже забываю, как и почему ты оказалась рядом со мной.

— Влюбился?

— Нет, — жесткий его ответ сбивает с ног. Безусловно, рассчитывать на влюбленность и открытость Глеба Навицкого было верхом глупости, но его тон оставляет гнилые следы внутри, — а ты?

Мой глоток воды, такой же жадный, попал не в то горло, я поперхнулась.

— Вот еще. Я люблю только себя.

Мы еще немного так простояли и общались взглядами, а может убивали ими же.

— Прости, — указываю я на разбитый ноутбук и телефон, — не знаю, что на меня нашло. Навалилось все как-то.

— Да ничего. Мне понравилось, — его черед указывать на коридор, где тоже валяются какие-то разбитые и сломанные вещи.

— Ты давно был на гонках?

— А что? — взгляд снова цепкий. Глеб думает, что я знаю больше, чем он позволяет это мне.

— Хочу.

— Собирайся.

— Правда?

— Шустрее, Мила.

Глава 20

Глеб

Подхожу к окну. Там парочка подростков мило обнимаются, целуются.