— Я порвала с ними связи много лет назад. Тебе это интересно?

— Не знаю, — ответил Эмиль.

— Я охотница, и они тоже, нам пришлось друг от друга оторваться. Вампиры же обычно держатся друг друга… Извини, что спрашиваю, но…

— Я тебе интересен, это простительно.

— Да? — нахмурилась я.

Помню, когда я была его женой, все вопросы пресекались сразу. Эмиль не любил, когда я лезла с инициативой. Мне полагалось открывать рот, когда о чем-нибудь спросят.

Иногда я пыталась до него достучаться и объяснить, что я тоже человек, но это же Эмиль, он непрошибаемый.

— Мне тоже нечего рассказывать, — от затянувшейся паузы мне стало жарко, несмотря на усилия кондиционера, но все-таки Эмиль продолжил.

 — Я из Варшавы, отца не знал, а мужья у моей матери менялись слишком быстро… Ее убили во время очередной грызни за власть. Вот, собственно, и все. А ты думала, я ничего не говорю, потому что скрываю что-то?

— Соболезную, — пробормотала я, ошарашенная откровенностью.

— Да ничего, — Эмиль пожал плечами с таким видом, словно мы говорим о посторонней тетке. — Это давно было. Почти… тридцать лет? Время как летит.

Я попыталась подсчитать, сколько ему было лет.

С математикой у меня плохо, но тут я справилась — около десяти. На всякий случай я пересчитала и все сошлось.

— А братья, сестры? — растерянно спросила я.

Эмиль покачал головой.

— Как же ты выжил?

— Остальное не твое дело.

Глава 10

Теперь он выглядел не так безмятежно, уголки губ отвисли, словно мы говорим о чем-то неприятном. Я решила не копать глубоко, чтобы не получить по любопытному носу.

— В Россию я приехал позже и начал с чистого листа. Поэтому, — Эмиль прищурился, — ты ничего не смогла обо мне узнать, когда наводила справки.

Я знаю, что пыталась.

Он откинулся на спинку кресла и одним глотком допил содержимое бокала. В бутылке было пусто — вот так, за вечер, он прикончил пол-литра крови. Я могу делать вид, что ничего особенного не происходит, но ведь это не так…"

"Эмиль поставил бокал на стол, и я последовала его примеру. Что-то я засиделась. Он окинул меня взглядом и обаятельно улыбнулся.

— Поедем ко мне?

Я вроде не пьяна?

— Разумеется, нет, — твердо ответила я.

Надеюсь, он понял, что я не шучу. Эмиль неопределенно хмыкнул.

Он смеется надо мной? Может, он не всерьез спросил, а я по привычке выставила иголки? Сердце ломилось в грудь, будто я без передышки пробежала километр.

— Мне нужно домой, — уже спокойнее сказала я.

— Ладно, — согласился Эмиль. — Тебя отвезут. До встречи.

Слава богу, он сам решил, что свидание окончено. В кривой улыбке был подвох — с Эмилем никогда нельзя быть ни в чем уверенной. Я боялась, он не простит мне побега, но все оказалось хуже — я абсолютно не понимала, чего от него ждать.