Выключила свет, послушала, как Эмиль ходит по дому, и одетая легла в постель."

"Утром меня разбудило солнце. Какое-то время я лежала, приходила в себя, разморенная теплом. В сознании сидела заноза, напоминая о чем-то… Что-то произошло. Вокруг талии автоматически сжалась рука, за спиной заворочался Эмиль, и я дернулась, потому что спать ложилась одна.

Я вспомнила, что: Эмиль остался у меня. Дождался, пока засну и забрался ко мне в постель — как это называется?

Он сдавил сильнее. Показалось, что меня обхватил удав и медленно смыкает кольцо. Рефлекс: он еще сонный, а я сопротивляюсь.

Сквозь ткань блузки я ощутила ленивые поцелуи на спине, он поднял руку выше, разминая мне плечо. Это расслабляло, и я притворилась, что еще сплю. Постепенно я вправду начала проваливаться в сон, пока Эмиль не полез к шее, мазнув по коже щетиной. Он прихватил зубами горло, всем телом прижимаясь ко мне, и навалился сверху.

— Отпусти, — я высвободилась и села. — Зачем пришел?

— Сторожу, чтобы не убежала, — он забросил руки на лицо, закрываясь от солнца предплечьями. Я уставилась на клыки между расслабленных губ. Мне очень хотелось увидеть его глаза, но как раз их он прятал.

Я встала, задернула шторы, но Эмиль лежал в той же позе, делая вид, что собирается спать дальше. А может и правда собирается: тело расслабилось, дыхание глубокое.

В дневном свете стали заметны не только рубцы на груди, но и старые, побелевшие шрамы — на боку, между ребрами, на животе. Два точно огнестрельных, еще что-то вроде ножевого. Раньше их не было. Раньше — это три года назад. Вижу, он многого не рассказывал.

Зато рана от моей руки почти затянулась.

Раздосадованная его видом в своей постели, я убралась в ванную.

Надо как-то его выгнать.

Я быстро привела себя в порядок, на кухне сварила кофе. У меня было время обдумать линию поведения, пока Эмиль не встал.

С чашкой кофе я встала у окна, потом вспомнила про Егора и отошла вглубь кухни. Не буду ничего обдумывать: просто скажу, чтобы ушел. Он гость, а не хозяин.

Черта с два он уйдет.

В квартире перестало быть тихо: Эмиль встал. Я слышала, как он ходит, шумит водой, и снова копается в шкафу.

Он прошел мимо — в свою комнату, зашелестел чем-то — уже полез в мои бумаги? Что дальше?

Я выглянула из кухни: он что-то перебирал на столе, застегивая рукав новой рубашки.

— Где счета? — ровно спросил он.

— Не знаю. Какие счета?

— Ты неорганизованная. В прошлом году я оплатил твои налоги, в этом тоже придется? Если меня убьют, кто будет платить за твою машину? Это не бесплатно.

Он обернулся и увиденное успокоило: обычное жестковатое лицо, к которому я привыкла. Ничего такого, что было там вчера. Зрачки немного расширенные, но в остальном нормально.