– Ты в порядке? – прохрипел он.

Она с трудом выдавила:

– Ты получил все, что хотел?

По непонятной причине он напрягся от ее вопроса.

Одна за другой эмоции исчезли с его лица, и он быстро обуздал свои чувства. Он решительно шагнул назад.

– Да. Ты можешь одеваться.

Зуки соскользнула с платформы, надела бикини и тунику, а ее сердце, осознавшее истину, погрузилось в глубокий траур. Но даже монументальное понимание того, что случилось, не помешало ей еще раз погладить рукой гранит.

Было непонятно, использует ли Рамон эскизы, которые сделал с нее, в дальнейшей работе, но Зуки всегда будет ассоциировать эту студию, подиум и этот кусок камня с моментом, когда она поняла, что окончательно влюбилась в Рамона.

Глава 11

– Я думаю, нам надо сменить обстановку.

– Как? – спросила Зуки, не оборачиваясь и греясь в лучах закатного солнца. В течение двух недель с тех пор, как Рамон сделал с нее эскизы, она почти не виделась с ним. Каждое утро после завтрака он уходил в свою студию.

Его отсутствие за обедом и ужином компенсировалось вниманием Терезы, которая даже пыталась выучить несколько английских фраз, чтобы поговорить с Зуки.

Хотя Зуки ценила старания экономки, она ела без аппетита только для поддержания здоровой беременности.

Она была влюблена в Рамона Акоста.

А его интересовал только ребенок, которого она вынашивала.

Сколько бы раз она ни приказывала себе смириться с этим, ее душевная боль не ослабевала. Она сжала пальцами металлические перила на плоской террасе на крыше виллы.

Зуки приходила сюда, когда спадала жара, чтобы насладиться закатом. Чугунные скамейки с толстыми подушками, установленные в беседке, увитой плющом, были идеальным местом для отдыха.

Услышав звон посуды у себя за спиной, она повернулась и увидела помощницу Терезы, которая шла к ней с подносом. От неожиданного появления Рамона Зуки разволновалась, и ее кожа покрылась мурашками.

Он снова был без рубашки.

Она не могла скрыть свою реакцию и затаила дыхание.

– Сядь сюда. – Он указал Зуки на стулья, а потом что-то тихо сказал служанке, которая поставила на стол напитки и пирожные и ушла.

Зуки присела на диван, машинально беря чашку кофе без кофеина, который ей не хотелось пить, и тарелку с пирожными.

Рамон налил себе эспрессо и взял пирожное. Откинувшись на спинку стула, он жевал пирожное, внимательно глядя на Зуки.

– Мой фонд поддержки искусства в сентябре проводит конкурс для кубинских художников. В нем участвуют до двадцати пяти человек. Окончательный выбор будет сделан в середине октября, и десять художников смогут выставлять свои работы в моих галереях в течение двух недель.

Неожиданная тема, не имеющая ничего общего с пищей или витаминами, пробудила ее интерес.