Я сделаю предложение любой девице, на которую вы с его величеством изволите указать. Но при этом постараюсь встречаться с ней до свадьбы как можно реже. Нам ни к чему привыкать друг к другу.

— Лэнс, Лэнс! — простонала матушка. — Как ты можешь так думать? А если слова колдуна уже потеряли свою силу? Тогда выбранная нами девушка станет твоей спутницей на всю жизнь. Так не стоит ли присмотреться к ней самому?

Я молча смотрел на свое отражение в зеркале. Признаться, портным удалось придать наряду и простоту, и изысканность. Я не любил расшитых золотом и драгоценными камнями платьев, хотя в особо торжественных случаях их приходилось надевать.

Но этот бал к таковым не относился.

Матушка поняла, что не дождется от меня ответа, и тяжело вздохнула.

Глава десятая, в которой Маргарита отправляется в путешествие

В столицу мы отъезжали с торжественностью, которой мог позавидовать сам король. В замок со всего герцогства съехались вассалы моего отца, и вечером накануне отъезда был дан роскошный ужин. Звучавшие за столом тосты были достаточно осторожны — нам с Аной желали покорить столицу, но при этом не понравиться принцу.

Друзья и соратники моего отца слишком любили нас и слишком хорошо помнили о проклятье.

Впрочем, мы с сестрой пропускали эти слова мимо ушей. Я — потому, что не собиралась вовсе знакомиться с принцем. А Анабель — потому что была решительно намерена выйти за него замуж, несмотря ни на что.

Мы отправлялись в поездку в трех каретах. В одной расположились отец, Натали и наш младший брат Этьен, в другой — мы с Аной и бабушка. В третьей карете теснились горничные и лакеи.

Неделей раньше в Мериду был отправлен поверенный, который должен был снять для нас особняк в центре города. Бабушка сильно волновалась по этому поводу — ей хотелось, чтобы наше пребывание в столице произвело фурор.

— Привези мне что-нибудь из Мериды! — Элоиза обняла меня так крепко, что мне стало трудно дышать. — Что-нибудь, что понравится тебе самой."

"Я попыталась улыбнуться, чтобы она не заметила моей грусти. Мы с ней впервые расставались так надолго, и я чувствовала себя виноватой, что еду в столицу без нее.

Во двор замка высыпали домочадцы, гости, слуги.

Все махали нам платочками и картузами. Я выглянула в окошко кареты и помахала рукой им в ответ. Моя сестра до этого, конечно, не снизошла. Я так и порывалась сказать, что если она собирается стать королевой, то должна быть более внимательна к своим подданным. Но решила не портить настроение ни ей, ни себе.

Впрочем, скоро мои мысли приняли совсем другое направление. Чем дальше мы отъезжали от замка, тем более непривычными становились пейзажи за окном.