Чтобы проснуться окончательно, мне было просто необходимо выпить чашку чая.

Но друг протестующе взмахнул рукой.

— Потом, Лэнс! Я не хочу, чтобы то, что я собираюсь тебе сказать, слышали чужие уши. Ты помнишь виконта де Перье?

Я порылся в памяти и кивнул.

— Да. Кажется, он доводится дальним родственником твоей дражайшей невесте?

— Именно так, — подтвердил раскрасневшийся и всё еще тяжело дышавший Робер. — Поэтому я и узнал так быстро эту новость. Надеюсь, ты уже окончательно проснулся? Так вот — виконт де Перье погиб этой ночью в подвалах вашего дворца.

Я взглянул на него с изумлением.

— О чем ты говоришь? Что ему понадобилось в подвалах? Тем более, ночью.

— Ты спрашиваешь об этом меня? — вопросом на вопрос ответил де Клермон. — Спроси об этом своего предка, которому вздумалось объявить награду за победу над вашим чудовищем.

Должно быть, я еще не проснулся. Я плохо понимал, о чём он говорит.

— Сосредоточься, Лэнс, сосредоточься! — потребовал Робер. — Виконт в полночь спустился в подземелье, и последнее, что слышал впустивший его туда стражник, был его душераздирающий крик.

— Но ворота в подземелье заперты, и стража стоит там именно для того, чтобы никого туда не пускать!

— Он подкупил стражу, — Робер заговорил несколько спокойнее. — Он посчитал, что стоит потратить на это дело несколько золотых монет, чтобы получить неизмеримо больше. Сколько там обещал за это твой прапрадед? Сто тысяч гульденов и целое герцогство в придачу?

Это была еще более давняя история, чем история с колдуном в лесу. И награда за победу над чудовищем была объявлена несколько сотен лет назад. Я думал, о ней давно уже забыли. По крайней мере, наша семья делала всё, чтобы разговоры о живущем в подземелье монстре не выходили за пределы дворца. В эту тайну были посвящены только избранные.

— Откуда он мог узнать о подземелье? В Асландии не осталось ни одной старинной книги, где бы хоть слово говорилось об этом!

— Прости! — де Клермон опустил голову. — Боюсь, это моя вина. Я рассказал об этом Лотте, а она, должно быть, — своему кузену."

"Я так и знал, что эта помолвка не доведет его до добра. До знакомства с Шарлоттой он умел держать язык за зубами. Тем более, если речь шла о государственной тайне.

— Послушай, Лэнс, я рассказал ей самую малость — только о чудовище, подземелье и награде. Обо всём остальном она не знает.

Робер был посвящен в эту тайну на правах моего лучшего друга. Теперь мне было понятно, что я и сам когда-то оказался не в меру болтлив.

Через полчаса я уже стоял перед гневными очами отца.

— Стражу перед воротами в подземелье немедленно заменить. Провинившихся — в каземат! Если их смогли подкупить однажды, смогут и в другой раз.