«Ну наконец-то, хоть кто-то об этом подумал!»

Вызвав дворецкого, он попросил накрыть на стол и, смерив Лирану долгим взглядом, покинул гостиную.

Еду принесли почти сразу, видимо, в замке и так готовилось застолье для членов Совета, и Лира, отбросив смущение, аккуратно принялась за еду, хотя ей и было не совсем комфортно в обществе двух драконов, поедавших её пристальными взглядами. Хотя теперь чешуйчатые смотрели на неё по-другому, не так, как раньше, а как на лакомство, которое им очень хочется, но которое брать нельзя. И это было бы даже забавно, если бы не тот факт, что Каяр утаил от друзей информацию о силе украденной невесты. Узнай они, как отреагируют? И остановит ли их тогда то, что она аира их приятеля?

Сытая и почти довольная, Лирана тем не менее не спешила расслабляться. Видимо, чтобы немного её развлечь и скоротать время, драконы принялись рассказывать о времени, проведённом на войне, перемежая забавные истории из армейской жизни с драматическими историями, от которых у девушки наворачивались слёзы. Чего стоит только последняя битва с торийцами, в которой сложило голову так много народу. Ксения, если бы властвовала сейчас над телом, тоже не удержалась бы от слёз. Всё же война есть война, в фэнтезийном мире она происходит или нет.

Да уж, теперь Лира поняла, как опрометчиво назвала драконов праздными гуляками. Все они бывшие военные, защищавшие родную страну от чужеземной напасти, за одно это можно проникнуться к ним уважением. Нет, излишне любвеобильное поведение Дрейна всё равно оправдывать этим нельзя, но теперь хотя бы понятно, почему он так спешит жить и хочет брать от этой самой жизни максимум.

Но, разумеется, сиеры Картрейн и Вайрейн были далеко не единственными, кто прошёл через огонь, воду и медные трубы. Отгремевшая недавно война на многих оставила шрамы и завершилась хрупким перемирием сторон. У Кинарцев она отобрала повелителя, получившего смертельную рану в последней схватке. Драконий правитель тем не менее прожил ещё некоторое время, но так и не смог оправиться от ранения, нанесённого магией разрушения, и скончался под заунывное завывание дворцового колокола."

"Траур опустился на столицу, заглянул в каждый дом, поселился в сердцах людей и драконов. Кинарцы в большинстве своём почитали короля-дракона за силу и мужество и искренне горевали о его утрате. После кончины Кантара Дартрейна на престол взошёл его сын Янар, который тоже участвовал в той битве при Морингтоне и получил несколько ранений, к счастью, не смертельных. Дрейнар и Виртар гордились тем, что стояли плечом к плечу с наследником престола, который не отсиживался до дворце за спинами подданных, а сражался на передовой и сам вёл отряды в бой.

И теперь кровью и потом многих и многих воинов наступила мирная жизнь.