Евгений пробегает пальцами по моей щеке, не смущаясь шокированного и немного завистливого взгляда администраторши:

— Сегодня тебе не сбежать.

А у меня и желания удрать от Евгения не осталось. Я готова сегодня ночью нырнуть вместе с ним в глубины порока. Я себе разрешила побыть томной развратницей и насладиться близостью с красивым, богатым и успешным мужчиной, чтобы хоть ненадолго почувствовать, каково это — быть распутной любовницей.

— Будьте добры в номер принести бутылку Совиньон Блан и свежих устриц, — Евгений с равнодушной вежливостью улыбается администраторше, которая глаз с него не сводит.

— Хорошо, — та кротко кивает и, отвернувшись, закусывает губы."

"Евгений забирает паспорт, ключи и увлекает меня к лифту, в котором зажимает меня в углу и опять целует, скользнув рукой по бедру под короткий подол. Я захлебываюсь в его страсти, вожделении и обвиваю шею руками. Я готова отдаться ему прямо в лифтовой кабине и не мне не стыдно. Я сейчас — квинтэссенция желания, а не человек, но двери лифта открываются, и Евгений в непростительной жестокости обрывает нашу связь и тянет в коридор.

У двери я облокачиваюсь о стену и наблюдаю, как он сосредоточенно вставляет ключ в замочную скважину и уверенно несколько раз проворачивает его.

Вот как в него не влюбиться? Да ни у одной женщины нет шанса не воспылать к нему топкими и отчаянными чувствами, которые для него лишь изысканное блюдо на пиршестве жизни.

Евгений распахивает дверь, и жду, когда он на меня набросится, но этого не происходит. Вздыхаю, захожу в номер и посреди гостиной у софы на резных позолоченных ножках разворачиваюсь к нему лицом. Теперь ты на меня кинешься или нет?

Нет. Он закрывает дверь, скидывает пиджак и садится на софу, ослабив галстук и вытянув ноги под низеньким столиком, на котором красуется ваза со свежей клубникой.

Я ничего не понимаю. Он три минуты назад в лифте был готов меня отыметь, а сейчас сидит себе и хитро смотрит на меня.

— И? — не выдерживаю я его молчания.

— Присаживайся, — хлопает по шелковой обивке с золотой вышивкой.

Сажусь и в нетерпении поддаюсь в его сторону, чтобы вновь испробовать желанные уста, но в моих зубах оказывается сочная клубника. Я машинально раскусываю ее, недоуменно глядя в расширенные зрачки, и жую, но через мгновение мои губы накрывает медленный и сладкий поцелуй.

Смакующая и ласковая неторопливость Евгения меня раззадоривает. Я не желаю лишних прелюдий и нежностей, я хочу секса, потому что я на грани безумия, и оно вырывается из меня стонами и мычанием. Его поглаживания и поцелуи терзают меня пыткой, под которой я теряю все крохи достоинства, но мой мучитель неумолим и безжалостен.

И раз он не переходит к решительным действиям, то инициативу перехватит Леди в Красном.