Приподнимаюсь на локтях, чтобы ничего не пропустить и быть к ней ближе. Чтобы слышать частоту дыхания и чувствовать аромат. Темные волосы качаются в такт ее движениям. Не могу удержаться и касаюсь ее груди, включая любимую музыку – сдавленный стон удовольствия.

– Аня… – предупреждаю я, и мы встречаемся взглядами.

Она улыбается и вновь возвращает внимание своему занятию, не собираясь останавливаться. Волна дрожи, дыхание сбивается. Малышка сидит, открыв рот и распахнув глаза, и смотрит на свои ладони. Ничего милее и порочней одновременно я еще не видел. Это наталкивает на несколько идей для дальнейших развлечений, но не сегодня. Тянусь за боксерами и вытираю нас обоих, пока истерика вновь не наведалась. Мало ли… Тут не угадаешь.

– Может, ты хочешь вымыть руки, малышка?

Аня проводит ладонями по моему животу и кусает губы, плохо скрывая улыбку. Надо же? И кто это передо мной? Смелость Ани запускает новый таймер отсчета и зажигает меня вновь. Эта малышка понятия не имеет, какой властью обладает.

– Готово. Два – два, Никита. Мы в расчете.

Она сейчас совсем другая. Нет и следа от зажатости. Нет тени печали и тупых раздумий, которыми она себя истязает. Светящаяся, с красными щеками и живыми глазами, в глубине которых мерцает дьявольский огонек.

– Считаешь оргазмы, малышка? – опрокидываю ее на спину. – Не люблю проигрывать. Вести в счете буду я. Только я…

– Докажи, – произносит с мягким смешком.

– Ты во мне сомневаешься? – спускаюсь дорожкой из влажных поцелуев по ее шее, прогуливаюсь по груди и двигаюсь к животу.

– Никогда… Я не буду в тебе сомневаться.

Шуточный вопрос и такой же ответ, но интонация, с которым она его произносит, заставляет искриться воздух. Эта эмоция вышибает огромную железную дверь в моей груди. В холодной темной пустой комнате слышится тихий стук. Еще один. И еще… Слабый ритм, но такой явный. Кажется, сердце возвращается на место. Но как? Как это возможно?

– Никита… – выдыхает Аня, зарываясь пальцами в мои волосы, когда мой язык проникает в ямку пупка.

Она прогибается в спине и разводит ноги в стороны. И в кровь попадает самый сильный наркотик.

Она…

Малышка Аня Никитина.

Моя.

Остается только проверить, как быстро это все меня прикончит.

Серое небо за окном намекает на скорый рассвет. Пью кофе, сидя на подоконнике, и смотрю в дальний угол комнаты, где на постели, свернувшись калачиком под одеялом, спит Аня. А вот я не могу. Какой уж тут сон?

Неизвестность грызет изнутри. Я должен все знать. И не для того, чтобы ткнуть Аню. Ее это вообще никак не должно коснуться.

Откидываю голову назад, упираясь затылком в стену, и закрываю глаза. Мне никогда еще не было так хорошо. Во мне сейчас столько сил, что впору колоть камни руками. Пора заняться делом.