И с удивлением обнаружила, что наличие многочисленных женщин в жизни барона Росса вызывает лишь легкую досаду. Уж не знаю почему, но ало-синяя сила после весьма активной ночи вела себя прилично.

— Ты когда планируешь ехать в школу? — отвлек от размышлений голос Кости.

— Через полчаса.

— Хорошо. Артефакт привезут с минуты на минуту, так что не волнуйся, без защиты из моего дома не выйдешь. Как сегодня твоя сила? — в его тоне чувствовалась искренняя забота.

— На удивление нормально. Даже с эмоциями порядок, — не удержалась я от подтрунивания. Однако уже через миг, став серьезной, озабоченно поинтересовалась: — Как Аннушка?

— Как мне сообщили, она чувствует себя отлично.

Сейчас позавтракает, и Алевтина Федоровна сопроводит ее к твоей машине, — успокоил Костя, а заметив мое удивление, пояснил: — Это врач. Так же, как и Гуров, — слуга рода. Они оба по роду деятельности знают о твоей силе, но клятва верности не даст передать кому-то информацию, — он едва заметно усмехнулся и добавил: — Твоя Аннушка тоже дала клятву о неразглашении.

— И она уже обо мне знает?

— Нет, ей не говорили.

Захочешь — сама расскажешь, это только твой выбор. В любом случае можешь быть уверена — Анна Васильева никому и ничего про тебя не скажет, хоть в смертных грехах кайся.

Внезапно Константин насторожился. Замолчав, быстро повернулся к двери.

Буквально через минуту в столовую вошла официантка. В повисшей тишине девушка подошла, поставила предо мной тарелку с умопомрачительно пахнущими колбасками и сочной зеленью, сноровисто заменила чайник. Похоже, я не ошиблась, и пить мне предлагали действительно пакость. Впрочем, узнавать, какой именно напиток предпочитают по утрам женщины Константина, желания не возникло.

Закончив за мной ухаживать, девушка низко поклонилась и быстро вышла.

Посочувствовав глупо провинившейся служанке, я принялась за еду. Положила в рот первый восхитительный кусочек идеально приготовленного мяса и едва не застонала от удовольствия.

— Вкусно? — негромко спросил Костя.

— Бесподобно, — улыбнувшись, я полностью сосредоточилась на завтраке.

Спустя время барон заявил:

— Елизавета работает в доме первый день. Подменяет отца.

Мне жаль, что так вышло.

— Бывает, — я небрежно пожала плечами. — Девочка вроде неглупая, надеюсь, выводы сделает правильные. Зла она не желала, напротив, стремилась угодить очередной гостье, заодно и тебя порадовать. Ты же не планируешь ее как-то наказывать?

— Хорошо, забыли про официантку, — Костя поморщился. — И я обещаю, в моем доме женщин, кроме тебя, больше не будет."

"Не спеша комментировать столь громкое заявление, я аккуратно промокнула губы полотняной салфеткой, положила ее на стол.