Заперли бедненького, не дают свой порядок в комнате навести.

Путы «кокона» разогреваются и сжимаются. Внезапно тают, оставляя меня в джинсах, майке и носках-белочках.

Судорожно вдохнув, хотя так называемый кокон дышать не мешал, сажусь на постели и вновь оглядываю комнату.

Здесь слишком тесно для роскошной массивной мебели. В изголовье и изножье моей кровати имеются двери. Одна напротив окна, другая – на боковой стене. Зачем в этой тесноте софа – не понимаю, можно же и на кроватях посидеть, благо их две.

Сапоги мои лежат у кровати.

– Я Никалаэда Штар. Из Озарана, но подданная империи. Можно просто Ника. – От письменного стола она проходит к окну и ставит на тонкую пластину чайник. Золотой. – Я твоя соседка по комнате, меня попросили за тобой присмотреть. Надеюсь, мы подружимся. У меня где-то здесь печеньки и пирожки. Но ты их сама найдёшь, ладно? Я их не вижу сейчас. И не чувствую. И взять не могу.

Она всхлипывает, плечи подрагивают.

Так, кажется, пора отвлекать её разговором.

– Я Клеопатра Крузенштерн. С Земли… – Забираю неожиданно тяжёлую переноску со стула, перегораживающего дверь у изголовья, себе на колени и сквозь прутья решётки почёсываю мордочку. Когтистые лапки обхватывают палец. Ника всхлипывает громче, и я вежливо интересуюсь. – Что-то случилось?

В ответ сначала раздаётся всхлип. Затем шмыг. И жалобное-жалобное:

– Валя задерживается. А я даже пирожок съесть не могу. И печеньку тоже не могу – ди-е-та! А Валя завтра не приедет, потому что программу обучения не утвердили. А я так ждала, так ждала…

Потрясающе исчерпывающее объяснение завершается очередным трагичным всхлипом.

Вроде другой мир, а у меня ощущение, что из дома не уезжала.

– Ты не против, если твои вещи немного поворошат? Мне бы Марка Аврелия выпустить: он чем дольше в клетке сидит, тем разрушительнее на выходе. И ему нужна вода. Лоток. Орехи, семечки, фрукты, грибы, червяки или гусеницы.

Из переноски раздаётся странный чихательный фырк.

– Выпускай! – Оглянувшись, Ника, утирает слёзы и вымученно улыбается. – Но только без червяков. Еда тут… где-то. Воды в чашку нальём. Лоток… э-э, можно будет у мисс Глории заказать, а пока магией прибрать, если что. Я помогу.

Зажав замок, я раскрываю переноску. Марк Аврелий высовывает любопытный носик. Смешно им дёргает, принюхиваясь.

– Гуляй, – я спускаю переноску на шёлковое с бисерным драконом покрывало.

Изучающая территорию смелая белка – это оружие милоты, поражающее до полной отключки, поэтому даю Нике время пережить няшную атаку, а сама слезаю с кровати, обхожу расположенную по центру софу. Между обеденным столом и вторым письменным пробираюсь к окну и столешнице с тонкой плитой, на которой с тихим шипением закипает чайник. Очень-очень золотой на вид.