Глава 1

Мир перевернулся

Казалось, мир подрагивал, а люди и предметы то отдалялись, то резко приближались, заставляя часто вертеть головой и дергаться без видимой окружающим причины. Безумец. Считаете себя крепким человеком, эмоционально стойким? Я тоже так считал. Это оказалось лишь видимостью. Всего за час земля ушла у меня из-под ног, а удар под дых заставил выдохнуть весь воздух и согнуться. С тех пор я не могу разогнуться, и воздуха вечно не хватает. А опора под ногами так и не появилась.

После того звонка я поехал в больницу. Надо было взять такси, но я забрался в свою машину, завел двигатель, выехал из двора… Потом по сторонам от меня мелькали машины, люди, деревья и еще что-то. Но мой разум отказывался их распознавать. Как хорошо, что у меня коробка-автомат. Словно после сна, я очнулся возле больницы. С трудом разжал побелевшие пальцы, впившиеся в руль, вывалился из машины.

Люди в белых халатах, белые коридоры, яркое освещение заставляет окружающую белизну еще ярче сверкать, въедаясь в мои глаза. Ненавижу белый цвет. Это новая неприязнь. Ей всего пара минут.

Оказалось, что я приехал первым, а спустя полчаса подтянулись и родители Лены. Крики, переходящие во всхлипы матери, и льющиеся слезы по лицу отца. А рядом на столе лежит Лена. Бледная и спокойная, с синяками и ссадинами на лице и теле. Перед глазами все немного расплывается, я тоже плачу.

Никогда до этого не был в морге.

Потом мы говорили со следователем. Он говорил, а мы слушали. На Лену напали недалеко от университета. Центр города, такие случаи – большая редкость. От этого на душе не становится менее погано. Наверное, ее хотели ограбить или изнасиловать, но она сопротивлялась. Это видно по синякам и ссадинам на ее теле, и по коже и крови под ногтями. А потом кто-то из нападавших не сдержал удара и проломил ей голову тупым предметом. Сильная гематома в области затылка, вызвавшая кровоизлияние в головной мозг. Смерть наступила быстро.

Мы поставили подписи и ушли, не сказав друг другу ни слова.

Бывали на похоронах? А мать почившей обвиняла вас в ее смерти? Ее громкий истеричный не то крик, не то визг разносится по всему кладбищу. Ее отец неотрывно смотрит на тебя злым, презрительным и в то же время потухшим взглядом. Часть окружающих делает вид, что ничего не видят и не слышат, попросту игнорируя происходящее. Но ты чувствуешь взгляды остальных, менее равнодушных, которые режут тебя злыми, обвиняющими взглядами.

В глазах нет слез, они давно закончились. Ты уже не винишь окружающих. Ты еще не винишь себя.

Редкий человек может быстро оправиться после такого. Я не смог.

Днями я почти не выходил из квартиры, ел от случая к случаю. Спал когда придется и очень редко – ночью. И ни разу не прикоснулся к вещам Лены.

Время лечит. Лечит. Кого? Когда? Непонятно.