Прихватывает меня за затылок, поднимаясь на ноги. Прижимает мою голову к своей мокрой груди, запутываясь пальцами в мои волосы. — Я знаю, что накосячил пиздец как. Но я тебе жизнью клянусь, больше этого не повторится. Можешь всего раз мне поверить? Я большего не прошу.

— Я не могу, Герман, — всхлипываю я. — Даже если бы очень хотела… — отталкиваюсь от него, сменяя жалость на куда более уместный гнев. — А я и не хочу! Глаза закрываю и этот твой блядский стол из офиса каждый раз вижу! Понимаешь?!

— Понимаю, малыш, — заправляет мне волосы за ухо. — Понимаю. Тебе нужно время. Чтобы забыть то, что я натворил, и чтобы убедиться, что этого больше никогда не повторится. Я прошу только дать это самое время мне, Жень. Не гони меня. Позволь доказать, что я изменился.

— Изменился, говоришь?

Кивает серьезно.

— В таком случае начни с того, что мое мнение тоже ценно и важно! Я не кукла! Не игрушка! И не кусок мяса, который можно трахать по внезапно проснувшемуся желанию! Поэтому если я прошу соблюдать дистанцию, будь добр, — отталкиваю его от себя вглубь бассейна, — соблюдай!

— Как прикажет моя госпожа, — с наглой улыбочкой он погружается в воду с головой и раздражающе долго не выныривает."

"— Вот же сука, — шиплю я и поднявшись с выступа, шагаю ему навстречу, чтобы вытащить этого манипулятора из-под воды.

Он выныривает сам прямо у меня перед лицом:

— Вот ты и попалась, — улыбается, и коротко целует меня в губы.

У меня сбивается дыхание. От его непосредственности.

— Именно об этом я и говорю, — сухо шепчу ему в лицо. — Тебе нет дела до меня и моих желаний и просьб. Ты думаешь только о себе!

Разворачиваюсь, подплываю к лесенке и гордо выбираюсь из воды.

Знаю, что он смотрит. Это животное иначе не может. Ну и пусть! Мне стесняться нечего. Будет знать, что теряет!

Нашел меня наконец визуал Германа, да не один, а целых два:

1. Брутальный медведь, заботливо глядящий на жену, как на ""сестренку""?

2. Или волк с Урусом, глядящий на всех женщин, как на ""мясо""?

Какой на ваш взгляд больше похож?)

Глава 22. ОН

Возвращаюсь домой в нашу с Женей комнату, когда она уже спит. Нужно было сначала разобраться со стояком. И это заняло немало времени, потому что моя милая женушка ох как раздразнила меня своим обнаженным телом.

Но трахнуть ее было бы последней глупостью, если учесть, что я кажется понял ее посыл. Чтобы получить прощение, я должен показать ей, что я не только ебливое животное, которое имеет все, что не приколочено. В том числе ее саму.

Значит будем пробовать в романтику.

Скидываю с себя лишнюю одежду. Осторожно влезаю под одеяло, стараясь не разбудить Женю. Однако с моей медвежьей грациозностью выходит херово.

— Герман, — бормочет сквозь сон.

— Я здесь, малыш, — отзываюсь тихо, бережно сгребая жену в охапку, укладывая ее голову на свое плечо.