— Знаешь, что-то как-то много встреч с нагинями красного клана у меня в последнее время…

— Ложь. Я единственная. Наш клан почти выродился и погиб. Отдельное спасибо вашей семейке, сующей свое грязное рыло, куда не просят и мнящей себя вправе наводить везде собственные порядки. — Огрызнулась она.

— Единственная? Неужели? А как же Тесса? — может она не знает о наличии ещё одной девушки собственного клана? Тесса же упоминала какую-то тётку…

Но по стремительно побледневшему лицу своей собеседницы, я поняла, что о Тессе она прекрасно знала.

— Ну, вот видишь, а говоришь единственная.

 — Выводила её из равновесия я. — Или ты думала, продала племянницу в рабство вместе с одним из своих мужей и всё? Странно только, что Рей её не узнал.

— Она появилась позже, когда я уже продала его на арены… — в пылу спора ответила она, но сразу поняла свой промах. — Ах, ты хитрая тварь…

— Просто любопытная. — Ответила я ей.

Я понимала, что времени осталось совсем немного. Скоро здесь появятся брат и дядя, а мне хотелось самой поквитаться с этой женщиной. За каждый стон моего нага, за каждый кошмар, за каждую пытку, которую ему пришлось пережить, за каждый шрам и рану.

Рукояти моих мечей наполнили мои ладони привычным теплом. Появление клинков не осталось незамеченным для нагини.

— Что ты собралась делать? — она стояла и, прищурившись, разглядывала меня.

— Укоротить тебя на голову. В конце. А до этого я бы с удовольствием оторвала тебе руки. Начала бы правда с пальцев. Но это так, мечты. — Поделилась я своими планами на ближайшее будущее.

Нагиня поняла меня правильно, потому что в её собственной руке появилась глефа.

— Ты наверно забыла, что всего лишь жалкая лекарка? Ваш же целительский дар не позволяет вам причинять вред живому.

Даже я это знаю, так что, чем теперь ты собралась меня пугать? — нагиня рассмеялась. — Вечно прячешься за спинами воинов рода. Ах, посмотрите, Селена Лангран участвует в рейдах против работорговцев. Каким образом? Целительница! А тут взяла мечи, аж дроувские, и собралась напугать меня? Знаешь, я, пожалуй, проучу тебя. Рабский ошейник скроет тебя от любого поиска. Я воспользуюсь твоей идеей. Отрублю тебе руки. И ты будешь моим любимым развлечением. Наглядным примером остальным. А этого зелёного, я заставлю смотреть на то, как с тобой развлекаются остальные. Как думаешь, это заставит его быть послушным? Одно непослушание, и с тобой играют ещё один час?

Она видимо тоже старалась выбить меня из равновесия. Но меня не пугали её слова. Меня пугала мысль, что она пересказывает уже когда-то свершившееся, просто ставит меня на место жертвы.

Глефа, традиционное оружие нагов. Им учат владеть сызмальства и всех, и мальчиков, и девочек. Но есть у глефы один большой недостаток.