Со стороны зала все стены над панелями, обтянутыми шелком, были зеркальными и отражали яркий блеск хрустальных люстр. Никогда еще Хлыст так не сожалел о том, что вся эта огромная машина, созданная его руками и головой, не принадлежала ему. Он жил на жалкие проценты и тешил свое самолюбие дутым авторитетом. Когда ему приходила в голову мысль, что он обычная шестерка, которую в любую секунду могут выбросить вместе с прикупом, на него нападала хандра и опускались руки. Хлыст все чаще и чаще начинал думать о том, что он способен свалить хозяина и взять все в свои руки.

Стоя у окна, он пытался построить план переворота, но все время натыкался на стену. Он видел верхушку айсберга, но не знал и не мог предположить, что находится под водой.

В дверь постучали, и в проем пролезла черная курчавая голова с толстыми красными щеками.

– Хозяин! Князь пришел. Пустить?

– Да, я вызывал его.

Дверь распахнулась.

В кабинет смелой походкой вошел человек среднего роста, среднего возраста и средней полноты. У него было красивое лицо, но черты казались мелкими и слишком хорошо выписанными. Благородная седая шевелюра, яркие синие глаза и очень уверенный вид с твердой осанкой.

Он скинул с плеч дубленку и бросил на кожаный диван.

– Я рад нашей встрече, Яша, и сам к ней стремился, но почему ночью? Я не карточный шулер, и казино меня не интересует.

Хлыст продолжал стоять спиной к двери и не отрывался от картины зала.

– Возьми конверт на столе. Это для тебя, – еле слышно произнес Хлыст."

"Князь подошел к дубовому резному столу и, взяв конверт, тут же его вскрыл. Три снимка одного мужчины, снятого в разных ракурсах. Вот он выходит из подъезда, вот он садится в шикарный лимузин, окруженный охраной, и, наконец, его крупный план.

Судя по проекции, фотографии делались из автомобиля, стоявшего по другую сторону улицы. На обороте одной из фотографий был приклеен листок с машинописным текстом: «Горобец Семен Михайлович. Новобасманная ул., д.13, кв. 61».

Князь сунул снимки в карман и продолжил возбужденным голосом:

– Ради этого надо было поднимать меня с постели? – Он подошел к Корину и, встав рядом в ту же позу, уставился на игровой зал, где уже кипела жизнь.

– Дело в том, Князь, что срок тебе отпущен трое суток.

Я решил, что тебе дорого время.

– Плохие игры затеваешь, Яша! На такого клиента месяц потратить надо. Отмычка здесь не сработает. Тут не подьездник нужен, а стрелок. Завалить дело можно.

– Срочность оплачивается. Ты это знаешь.

– Мои люди дорого стоят. Я каждого с особой бережностью отбирал, а мои ребята их шлифовали.

– Мне казалось, ты не привык обсуждать приказы, – тихо сказал Хлыст.

Он попал в точку. Игорь Николаевич Князев руководил одним из важнейших и самых доходных блоков Хлыста.