Волнуется?

— Пока мы не сели за стол, тебе надо кое-что знать. Оля будет консультировать Элеонору, да, пока просто консультировать, — он с нажимом повторяет это слово, глядя на жену, — по вопросам кредитования юрлиц. Наши с тобой договоренности остаются в силе. Если, конечно, ты сделаешь то, что я просил.

Глава 69

Пять утра. Формально утро, но за окном такая темень, что хочется натянуть одеяло на голову и снова заснуть. Вот только сон совсем не идет ко мне. Столько мыслей в голове, поэтому, наверное, и сны тяжелые снились…

А вот папа еще спит, я слышу его ровное дыхание.

С тех пор как Алена стала за ним заезжать по утрам, ему не нужно вставать слишком рано. Вчера домой вернулся тоже не особенно поздно и застал конец нашего телефонного разговора с Морозовым. Я потом до ночи прокручивала в голове все, что сказал Саша. Он был расстроен, пытался хохмить, но голос был слишком обеспокоенным. Он никогда не скрывал своих намерений и не парился, что в этом банке его особо никто не ждал с распростертыми объятиями. В конце концов, он акционер и единственный сын хозяина банка. Я думала, там все давно решено и лишь вопрос времени, когда Морозов-младший сядет в карьерный лифт и помчится на нем ввысь.

Вчера я вытаскивала из него чуть ли не клещами информацию о том, что произошло. Мама времени зря не теряет. Все, как я и говорила: рвется в бой и хочет, оказывается, не просто работать в Москве, а возглавить этот самый московский филиал, который Морозов уже считал своим. Он изо всех сил вчера держался, но я чувствовала его злость, а еще то, что он явно не намерен сдаваться. Такое ощущение, что вдвоем они там не смогут ужиться.

Похоже, только сейчас Морозов стал понимать, какая у него мачеха. Меня же все происходящее не очень удивляет. Ну разве только то, что Константин позволил ей работать, хотя раньше категорически был против.

Прикрываю глаза и пытаюсь прогнать из головы мысли. Я слишком близко воспринимаю чужие проблемы. Не чужие, тут же поправляю себя, это проблемы моего парня. Как же было бы легко, не будь он маминым пасынком. Но тогда мы бы вряд ли вообще познакомились. Вчера мне очень хотелось все рассказать папе, но Морозов отдельно попросил не вмешивать его во все это.

Прячу под одеялом телефон и листаю наши с ним фотки. Такие беззаботные…

— Вик, если ты проснулась, включай свет. — До меня доносится мягкий папин голос. — Я уже не сплю.

На часах всего лишь полшестого, но нам обоим понятно: больше сегодня не заснем. Так что сначала в душ, а потом чай. Может, он хотя бы немного взбодрит и выгонит из головы переживания.

Папа успел одеться и готовит завтрак, когда я выползаю из ванной. Душ не принес легкости, зато помог окончательно проснуться.