А ведь он со всеми ними спал…

— Ну наконец-то! Мы уже заждались! — Вздрагиваю от маминого чересчур бодрого и радостного голоса. — Костя, Саша, как вам мои вазы?

Смотрю на Морозова, пытаясь хоть что-нибудь прочесть на его лице. Он выглядит бледным и напряженным. Мамины вазы — последнее, что его интересует. Он тоже разглядывает меня, молча подходит и берет за руку. Сразу становится легче. Честно говоря, хочу уйти куда-нибудь, подальше от наших родителей, которые о чем-то отрывисто переговариваются, полностью нас игнорируя.

Я о многом хочу спросить Сашу, гляжу на него и стараюсь блокировать в памяти слова о том, что он никогда не сможет быть верным.

"

"— Ты вызвал консьержа? — вполголоса спрашивает мама. — Пусть с чемоданами поможет. Саша, Вика, мы остановимся в Hyatt. Завтра мы в банке будем, но вечером… Костя, что у нас вечером?

— Ужин с «випами», ты хотела со мной пойти, помнишь? Саня с нами будет. — Константин кивает пришедшему консьержу, и тот выкатывает здоровые чемоданы из квартиры. — Пока, ребята! Саш, завтра в восемь. Без опозданий.

Мама выходит вслед за ним, пообещав мне позвонить завтра утром.

Непонятно только зачем. Вроде все обсудили.

— Ты как? Она тебя не съела? Ты грустная. — Саша притягивает меня к себе, и я утыкаюсь в его плечо и громко выдыхаю. — Я не мог быстрее прийти. Прости.

— Не съела, но покусала немного, — признаюсь я. — Она не хочет, чтобы мы вместе были. И еще в Москву собралась переезжать, чтобы работать в вашем московском филиале. Мне уже хочется рвануть обратно.

Морозов молчит, его рука словно застыла на моей спине. Похоже, он тоже удивлен, не меньше, чем я.

— А тебе твой папа не говорил, что они сюда будут переезжать?

— Ни слова, — отвечает Саша.

 — Более того, я не уверен, что он вообще знает об этом. Значит, не хочет, чтобы мы были вместе? А почему?

— Не верит, что у нас получится, — кратко поясняю, не желая рассказывать подробности. — Говорит, после не сможем нормально с тобой общаться. А придется видеться, ведь мы же типа родственники.

Морозов ухмыляется, отпускает меня и усаживается на диван.

— Я хочу извиниться перед тобой. Давно было пора. — Он как-то непривычно грустно смотрит на меня. И очень серьезно.

— Что случилось?

— Ты права была, а я нет. Я про Ольгу. Думал, ты преувеличиваешь, что твой папа тебя против нее настроил. Но она так переживала, что ты не с ней, что отказываешься… — Морозов запнулся и не договорил. Да это и необязательно, и так ясно, что он хотел сказать.

— Мама — это мама, и я ее не переделаю. Папа считает, что человека надо принимать таким, какой он есть. — Я сажусь рядом с Сашей и чувствую его тепло. Это очень успокаивает. — После того как ты приехал за мной, я много думала.