Я же всерьез верила, что стала для них едва ли не дочкой…

Только выходим за дверь, как на нас обрушивается миллион звуков: шум дорожного трафика, гудки клаксонов, надрывный вой сирен, обрывки разговоров и музыка, доносящаяся из проносящихся мимо машин. Огромный мегаполис нависает со всех сторон. Пусть даже здесь, в достаточно старом районе, застройка не особо высокая, все равно чувствуется дух большого города и его монументальность. Суд над участниками преступной схемы по понятным причинам проходит в столице.

– Ну, ты как? – озабоченно интересуется Меринов, закинув мне руку на плечи.

– Домой хочу.

– Я уже вызвал такси.

– К нам домой, – поясняю с улыбкой.

– А-а-а, ну… Немного осталось, да? – улыбается Ефрем. Я киваю и утыкаюсь носом в его грудь.

– Угу. А тебе здесь, наверное, в кайф? – спрашиваю, откидываясь в руках мужа. Это мой страх – что он заскучает в нашей глуши и захочет вернуться в родной город. Здесь я себя не представляю. Но и без Меринова мне уже жизни нет. Вросла в него намертво за два года, что мы вместе.

– Да нормально, – чешет лысину. – А тебе что, не понравилось? Нормально же вроде гуляем.

– Нормально, да.

Мы где только уже не были. И в музеях, и в парках, и по главной площади, конечно, прошлись. Посетили несколько модных ресторанов, встретились с давними приятелями Ефрема и даже навестили его дальних родственников, а на сегодня у нас куплены билеты на пафосный кораблик с рестораном и живой музыкой, курсирующий с обзорной экскурсией по реке.

– Но… – вскидывает брови Меринов.

– В гостях хорошо, а дома лучше, – признаюсь со вздохом. – Я все-таки та еще клуша, да?

– Нет. Я уже тоже офигел от здешней суеты, – развеивает мои страхи Ефрем. – Привык, знаешь ли, к тихой спокойной жизни.

Спокойной, блин?! Громко фыркаю! На самом деле покой нам только снится. Эти два года были очень тяжелыми. Власть в крае менялась, обстановка раскачивалась… Ефрем пахал как проклятый. И даже дома его постоянно дергали. Я устала от этого капитально. Мне так мало его! Нашей семье, блин, мало…

– Вер, сейчас полегче будет, слышишь? – обещает Меринов, влегкую считывая мои мысли. И открывает для меня дверь подъехавшего такси.

– Честно? – смотрю на него снизу вверх.

– Сто процентов. Ты прости меня, да?"

"Улыбаюсь. Только он может извиняться в такой безапелляционной манере.

– Это твоя работа, – вздыхаю.

Ефрем кивает, забирается ко мне на задний диван. И опять прижимает к себе. Не вырываюсь – в прохладном салоне машины это даже комфортно. Не то что на улице, где моментально покрываешься потом.

– Доволен? – трусь носом о его гладковыбритую щеку.

– Чем?

– Тем, что все позади.

– Спрашиваешь! Я уже и не верил, что это когда-то закончится. – Ефрем задумчиво берет меня за руку, целует в запястье. – Спасибо.