Задумчиво смотрю на красивого блондина через стол, который уже рассуждает о проекте императорского указа, который он сейчас подготавливает:

— Люди, — вещает Вайет, — должны обладать равными правами с драконами! Они должны голосовать! Для начала на выборах старост, а затем, в перспективе, должны быть представлены в Императорском совете!

Смотрю на него с восхищением: какие смелые заявления! Какие прогрессивные!

— Ещё гаргулий туда позови, — бормочет Райгон себе под нос, но я слышу.

Бросаю налево недовольный взгляд, презрительно поджимаю губы. Вот ведь драконий сноб! Не то, что Вайет!

Райгон тут же перехватывает мой взгляд, опускает глаза мне в тарелку и хмурится:

— Ты почему не ешь? — спрашивает сердито.

— Нет аппетита, — кривлю губы и поворачиваюсь было опять к Вайету, как вдруг мне на тарелку, где лежит лишь несколько картофельных долек, шлёпается дымящийся кусок мяса.

— Ешь, — приказывает Райгон. — Ты с вечера не ела.

Вообще-то дольше, но ему это знать не обязательно. Чего он, вообще, прицепился? И словно в ответ на мой невысказанный вопрос, Райгон добавляет:

— Не хочу возиться с тобой, если свалишься с истощением, поэтому — ешь. Ты отсюда не встанешь, так и знай, — затем он наклоняется ко мне неприлично близко, вынуждая вдохнуть аромат нагретого солнцем кедра и терпкого черного перца, и цедит ледяным тоном. — И прекрати уже пялиться на Лингерли глазами течной самки, выглядишь жалко. Смотри в свою тарелку и ешь.

Чувствую, как краска стыда неумолимо заливает щёки, шею и декольте. Проклятый Райгон! Обязательно ему всякий раз колоть меня побольнее!

Не думала, что это так заметно!

Сжимаю со всей силы вилку и нож и смотрю в тарелку. Сердито дышу себе под нос и разрезаю стейк, наблюдая, как из мяса сочится красноватый сок и мечтая, чтобы на месте стейка было самодовольное лицо ненавистного чёрного дракона!

Но после такого обидного замечания глаз поднимать уже не рискую, а потому вынуждена заниматься едой. Не потому, что Райгон приказал, а потому что страшно представить, что Вайет может подумать то же, что и Райгон обо мне.

Не может. Потому что он не такой! Он хороший! И благородный! Самый лучший! Но лучше всё-таки не рисковать.

Разговор мужчин крутится вокруг политики на севере, где растёт влияние ледяных драконов. И это очень беспокоит нашего императора.

Я не вникаю особо, сама не замечаю, как увлекаюсь едой и расправляюсь со всем, что есть в тарелке. На мгновение мне кажется, что ловлю на себе одобрительный взгляд Райгона. Да нет, показалось.

— Ну, что ж, — лорд Лингерли промокает рот льняной салфеткой и кладёт её на стол. — Партеечку в карты, Райгон?

— Аурэлия, малыш, — спрашивает Вайет, лаская меня взглядом, от которого я плавлюсь и перестаю соображать.