Весь выступ перед замком заставлен стражей. Райгон позаботился об охране, вот только…

— Разве они могли не пустить перепуганную мачеху к её любимой падчерице? Ведь ты мне как дочка, и им так и сказала. И они поверили, представляешь, какие душки?

Я пытаюсь высунуться в окно и позвать на помощь, но Крижария мгновенно оказывается рядом. Хватает меня за руку, грубо отталкивает прочь и захлопывает единственное окно, повернув задвижку.

Я вжимаюсь спиной в стену в углу. Смотрю с тоской на запертую входную дверь. Крижария прослеживает мой взгляд. Качает головой.

— Не надо шуметь, рыбонька, — шипит она. — Я к тебе по делу, но для начала…

Медленно покачивая бёдрами, Крижария плывёт к комоду у стены, на котором со вчерашнего вечера осталась откупоренная бутылка вина и бокалы. Ничуть не смущаясь, жена Мирантора принимается хозяйничать и наполнять бокалы плотной бордовой жидкостью, заслоняя происходящее спиной.

— Для начала, — удерживая в руках два полных бокала, она идёт ко мне, сладко улыбаясь. — Выпьем за твою свадьбу, рыбонька, и забудем все старые обиды. Я предлагаю нам начать всё с чистого листа. И даже замолвлю словечко перед Императором за вас с генералом Роквудом. А ведь Мирантор прислушивается ко мне, ты знаешь это. Ну, и как тебе моё предложение? Идёт?

Она протягивает мне один из бокалов. Я смотрю сначала на бокал, затем на Крижарию. Кручу пальцем у виска:

— Совсем умом тронулась? Думаешь, нашла дуру? Ничего я с тобой пить не буду!

Улыбка медленно сползает с лица Крижарии. Вижу, как вена у неё на лбу наливается синим, и начинает пульсировать. Злится.

— Фи, как грубо, рыбонька, — роняет она. — Жаль, а твоя мать была посговорчивее.

Заставляю себя дышать спокойно и ровно. Не вестись на провокацию, сохранять холодный рассудок. Не сводить глаз с чёрной драконицы, следить за каждым её шагом, каждым движением.

Крижария возвращается к столику, ставит бокалы.

За окном раздаётся короткий звук горна. Небо пронзает столп огненного пламени. Совсем близко. Бросаюсь к окну. Что там стряслось? Что?

Два дракона разлетаются в разные стороны, чтобы взять разгон и снова несутся друг на друга. Сходятся в смертельной схватке. Вздрагиваю, кусаю ногти, когда вижу брызги алой крови, распоровшие лазурное небо.

Чья это кровь? Драконий Бог, пожалуйста, пусть только не Райгона! Пусть он выживет. Пожалуйста, умоляю!

— Без шансов, рыбонька. Вам обоим конец! — слышу за спиной шелестящий шёпот.

— Что? — шиплю раздражённо, даже не поворачивая головы. Прищуриваюсь, напрягаю глаза, с замирающим сердцем смотрю в небо, пытаясь рассмотреть, понять…

А в следующий миг дыхание перехватывает от грубого захвата со спины под горло. Крижария сжимает мне шею. Хриплю, хватая ртом воздух, слышу её злое шипение на ухо.