– Для пущего эффекта я бы посоветовал вам состричь чёлку. Что скажете?

– Валяйте, – я махнула рукой. – И ни в чём себе не отказывайте. Действительно, этот Артем, похоже, отлично знал своё дело.

Пока Артём стриг чёлку и укладывал мне волосы я думала о том, что несостоявшийся король канадской микробиологии, а именно мой собственный конь в пальто сделал таки ход конем и вывернулся из-под роковой пешки. Вот вам и Лиля Брик. Однако плакать больше совсем не хотелось. Ковальчук опять оказался прав. Поднятое мной знамя мятежа наполнило сердце решимостью жить счастливо и плевать на всяких там корольков с высокой башни.

Из салона красоты я вышла настоящей блондинкой. Прямые волосы до плеч, ровная длинная чёлка, чернобурка, шпильки. Только той-терьера под мышкой для пущей важности не хватает. Именно в таком вот великолепии я и была застукана Гадецким, когда вернулась в офис. Он с озабоченным лицом бежал мне навстречу по коридору, вежливо поздоровался и, было, пробежал мимо, но резко затормозил, обернулся и заорал:

– Петровская?!!!

– Я! – ответила я и замерла в постойке смирно.

– Ты что это себе позволяешь! – продолжил орать Гадецкий, разглядывая мою голову.

– Где? – поинтересовалась я и оглянулась по сторонам.

– Кончай, придуриваться. В рабочее время ходить в парикмахерскую, это уже слишком! – Гадецкий налился свекольным цветом. Я испугалась, что он лопнет. Он хоть и орёт всё время, но человек-то в принципе неплохой, безвредный.

– Борис Иванович, в какую такую парикмахерскую? – заныла я монотонным голосом, изобразив на лице вселенскую усталость. – Я на промплощадке нашей была. В Коломягах. Вы же знаете, что глаз пастуха увеличивает надои.

Вот я сегодня с утра там и придавала ускорение. Одессу к отправке готовим. Всё по графику. Если до новогодних праздников отправим, то в январе можно будет приступить к монтажу на месте.

– Ты мне мозги не крути. А с волосами у тебя что? Или ты, пока в Коломягах прорабу и монтажникам ускорение придавала, от усилий поседела?

Я вспомнила, что сегодня меня бросил муж и в голове закрутились слова старой песни «Поседею, побелею, как земля зимой, я тобой переболею, ненаглядный мой».

– Почему поседела? – я сделала честные глаза.

 – Я со вчерашнего вечера блондинка. У меня серьёзный повод есть. В Канаду еду, мужа удивить хочу. Вам нравится? – я тряхнула волосами и удивилась собственной наглости. Вот, оказывается, что белый цвет волос с людьми делает! Не даром про блондинок рассказывают всю эту чепуху.

– А на планерке ты почему в других волосах присутствовала? – Гадецкий подбоченился и глянул на меня грозно.

– Борис Иванович! – испуганно запричитала я. – Так меня ж на оперативке сегодня не было.