Думала, заплачет, но нет — глаза остались сухими.

— Мы всё поняли, — очень мягко произнёс Герман. — Подробности необязательны.

— Вы первые, кому я исповедуюсь, так что — обязательны. — Карина вскинула голову и оглядела всех. Каждого. Оглядела, чтобы увидеть, что они разделяют её боль. — Он был невзрачен: маленький, полненький, никогда не смотрел в глаза собеседнику. Почему я пошла с ним? Он был очарователен. По-настоящему. Он был первым, кто подарил мне цветы. Цветы! Вы не представляете, как это важно — цветы не от отца! Он сводил меня в театр! Он… Он должен был стать моим первым мужчиной! Я хотела этого.

Я мечтала отдаться ему, невзрачному, полненькому, казавшемуся мне идеальным. Я всё понимала, но он… — У Карины перекосило рот. — Это, наверное, комплексы маленького и невзрачного. Он не хотел спать, в смысле — просто спать… его заводило насилие, беспомощность жертвы, слёзы. Я наврала родителям, что уезжаю в санаторий, приехала к нему и на неделю попала в самый настоящий ад. То, что он вытворял со мной в своей квартире, я не желаю испытать никому. Целую неделю… Потом он выкинул меня.

И снова — никаких слёз.

Иногда Карина представляла себе, как будет исповедоваться, рассказывать о своём кошмаре, и всегда — всегда! — она при этом рыдала в голос. А сейчас, во время настоящей, а не воображаемой исповеди не плакала.

— Почему ты не пошла в полицию? — тихо спросила Даша.

— Он снял всё на видео, на фото. Сказал, что ославит меня на весь мир.

— Это доказательства против него.

— Против меня, — вздохнула девушка. — Он ведь записывал только те эпизоды, в которых не было насилия. А потом… Как начиналось наше свидание? Он приехал за мной к институту, с цветами, на машине… Подруги видели, что я добровольно пошла с ним… Кто бы поверил, что всё происходило без моего согласия?

— И ты, естественно, не говорила подругам, что у тебя это в первый раз.

— Не говорила.

Запуганная, изнасилованная, сгорающая от стыда и страха… Она не знала, к кому обратиться.

Но то была прежняя Карина.

Нынешняя не плакала.

— Когда ты встречалась с ним в прошлый раз? — вдруг спросил Герман.

Вопрос застал врасплох всех. Марат открыл рот, Виктор изумлённо ойкнул, Даша вздрогнула, Сатурн жёстко усмехнулся.

И даже Бранделиус не удержался — вытаращился на несчастную девушку."

"— Как ты догадался? — тихо спросила Карина.

— Почувствовал, — угрюмо ответил Рыжий. — Когда?

— Неделю назад. — Девушка вздохнула и отвела глаза. — Примерно раз в месяц он звонит и требует приехать.

Это стало последней каплей.

— Подонок!

— Мразь!

— Скотина!

«Спящий, если ты меня слышишь, спасибо!» — с чувством воскликнул Бранделиус.

Беззвучно.

— Ты должна от него освободиться, — твёрдо произнесла Даша.