– Не хочу Урсулу в мачехи! – и девочка разрыдалась, хотя до этого сидела тихонечко и слушала наш разговор, ни разе не издав даже звука.

– Доченька, тише, – попытался успокоить ребенка папаша Джузеппе, но Сабрина решила взять новые высоты и заголосила еще громче. – Не будет она твоей мачехой, не будет.

– Правда? – слишком уж быстро Сабрина замолчала и подняла голову от отцовской груди.

– Конечно, малышка. Когда я тебя обманывал? Завтра же скажу, что на тот свет не собираюсь, – попытался пошутить мужчина.

– Спасибо, папочка! – и на лице Сабрины расцвела улыбка. Вот же лиса! – Тогда мы с Дианой пойдем, а ты отдыхай, – и девочка чмокнула отца в щеку, а сама выскочила в дверь.

– Вот же коза! – усмехнулся отец.

– Отдыхай, отец, – я тоже поцеловала папашу и уже было собралась на выход, когда он остановил меня.

– Диана, ты учись всему у Урсулы, – слова прозвучали словно напутствие.

– Я-то научусь. Но ты не вешай нос, – погрозила я старику. А сама решила, что не только поучусь кое-чему у Урсулы, но и буду присматривать за пронырливой дамочкой. Ну не ходить же за ней по пятам? Вот, например, она обработала отца сегодня, а ведь я даже не видела, чтобы она приходила к нему сюда. У меня возникла одна идея, и я решила, что можно попробовать воплотить ее в жизнь.

– Сабрина, – я позвала сестру, которая ждала меня у двери в отцовскую комнату. – Во-первых, ты, конечно, здорово все провернула. Но слишком быстро успокоилась, и это заметил даже отец. А во-вторых, нам нужен каретный мастер.

– Зачем? – девочка послушала замечание про слезы, которые слишком быстро высохли. И удивленно выпучила глаза, пытаясь угадать, зачем же мне мастер.

– Скоро узнаешь, – я загадочно улыбнулась и, погладив девочку по голове, спустилась с ней на первый этаж.

Если честно, я очень не хотела встретить Урсулу, и потому мы выходили из дома, как две воровки. Дамочка командовала сыновьями в пекарне, а мы шмыгнули за дверь.

Надо эту ситуацию с Урсулой как-то решать, потому что это не дело, что я из дома выхожу, оглядываясь и озираясь.

– А мы не можем попросить отца, чтобы он уволил Урсулу? – я взяла Сабрину за руку, и мы пошли вдоль по улице, здороваясь с прохожими. Оказывается, дочек папаши Джузеппе знали все, а все потому, что все знали папашу.

– Попросить можем, но он этого не сделает, – авторитетно заявляет Сабрина. – Тут уж хоть плачь, хоть ножками топай, а он ее не уволит, – девочка скорбно вздохнула.

– Почему? – причина такого снисходительного отношения к этой женщине непонятна. Очевидно же, что как работница Урсула так себе, как человек и подавно. Одна большая кучка коровьих экскрементов.

– Когда умерла мама, она единственная пошла к нему в работницы, – рассказывала Сабрина. – Он много пил.