– Инквизитор оттолкнул девушек, а папаша Джузеппе сам бросился останавливать лошаденку.

– Лошадь должна была угробить девок, понимаешь? Девок. Папашка мне нужен живым! – Урсула перевела дух. – Ты же хочешь стать хозяином пекарни? Стать уважаемым господином? Или так и планируете с братом дурака валять? – не унимается женщина. – Я столько усилий приложила, чтобы доказать этому старому пню, что его дочки – никчемные создания. Но единственное, до чего он додумался, – это предложить старшей замуж, а младшей – пансионат при монастыре. Но ни одна, ни другая не согласились. И теперь пусть пеняют на себя! – зашипела женщина как змея.

– А почему нельзя просто обвенчаться? – обиженно сопит сыночек. Он явно не привык, что мать его отчитывает.

– А почему бы не женить на мне Дианку? – вдруг внес предложение оболтус.

– Какой шустрый! – передразнила его мать. – Ты кто, чтоб в женихи к дочке пекаря набиваться? – вот сейчас в словах женщины была горечь. – Твой папашка постарался обчистить нас перед тем, как бросить и сбежать. И теперь ты можешь предложить себя в женихи Дианке, только если она опростоволосится по полной.

– Например? – видимо, паренек задумался о словах матушки или у него назрел какой-то план. А мне аж дурно стало от одних только предположений.

– Если ее кто обрюхатит и нужно будет позор поскорее прикрыть, – отмахивается мамашка от сына. – Но эта девка слишком высокую себе цену загнула. И хитра, хоть и дурочкой прикидывается. Так что тебе нечего на это рассчитывать.

– А что если… – но мать не дала досказать сыночку его предположение. По звукам было похоже, что она шлепнула его полотенцем, и паренек запричитал. Хотя, уверена, это было совершенно не больно.

– Ох охальник, ох похабник! – приговаривала женщина охаживая сыночка полотенцем. Видимо, она-то как раз таки поняла, что хотел предложить ее сын."

"Голоса удалялись, а я сидела ни жива ни мертва от испуга и осознания того, что, оказывается, я пережила покушение. Вернее, не пережила. И, считай, на совести этого оболтуса не только жизнь старьевщика, но и жизнь Дианы, тело которой я сейчас заняла. И что мне делать? Так, а что я могу сделать? Сообщить властям, что это было покушение. Но чем я докажу? Начнут рыть грязные подробности и, чего доброго, докопаются до сверхспособностей Сабрины, да и до моих тоже. В настоящее время я нахожусь полностью в подневольном положении. Завишу от отца, а если он женится на этой мегере, то пиши пропало. Судя по всему, именно на это и был расчет: женить папашу Джузеппе и отжать у него пекарню.

– О чем задумалась? – я даже подпрыгнула, так как снова ушла в размышления и не слышала, как вернулась Сабрина.

– Думаю, хватит этих бинтов или нет, – и я кивнула на корзинку, в которую складывала уже порванные на длинные лоскуты ткань.