— Надеюсь это ненадолго…

2

Адина придержала тяжелую входную дверь, чтобы пропустить меня вперед, и от порога я сделал всего несколько неуверенных шагов. Холод мгновенно окутал тесными объятиями, а в легких прошел спазм от свежего зимнего воздуха. Даже голова закружилась. К счастью женщина быстро оказалась рядом и, придержав меня, поспешила завязать поплотнее толстый шарф на моей шее. Так же придирчиво она проверила, хорошо ли застегнуты  пуговицы теплого пальто. А я в это время безостановочно озиралась, не слишком успешно абстрагируясь к открытому пространству.

Я ведь еще ни разу не выходила на улицу.

И мне откровенно говоря было не по себе… Я покидала единственно место, которое знала и дальше меня ждала лишь неизвестность.

Адина взяла мою руку и легонько потянула за собой.

— Не бойся, дочка. Пойдем.

Спустившись по широкому крыльцу, я сразу устремила взгляд в небо, затянутое белыми облаками. Ощущение было, словно вот-вот пойдет снег. Кажется, я даже заметила в воздухе пару маленьких снежинок. Но следом внимание неизбежно сосредоточилось на двух суровых мужчинах, терпеливо и упрямо ждавших нас недалеко от ступеней. Они уже перенесли все мои вещи в машину, к которой мы с Адиной двинулись в их сопровождении.

Подходя к высокому черному и натертому до блеска джипу, я почему-то испытала желание спрятаться за спиной женщины. Крепче вцепилась в ее руку, впервые чувствуя, что отчаянно нуждаюсь в ней.

— Она никуда без меня не поедет! — заявила моя мать, едва мы остановились возле открытых дверей внедорожника."

"Мужчины, сопровождавшие нас, переглянулись. Один из них едва кивнул, давая согласие, и скоро мы оказались вдвоем в теплом, комфортабельном салоне.

Он весь был из белой кожи. Машина уже тронулась, а я все не могла наглядеться на презентабельность, которой здесь было все пропитано.

Что за человек мой муж?  Я не знала, кем была до аварии, но точно чувствовала себя не в своей тарелке в этой обстановке.

Дорога показалась мне долгой. Хотя, кажется, мы ехали всего двадцать-тридцать минут. И Адина не отпускала мою руку ни на секунду. Смотрела напряженно прямо перед собой, словно прокручивала в голове нехорошие мысли. По-моему я начала невольно перенимать ее мандраж…

В голове закрутился назойливый вопрос: интересно, она сказала своему мужу? Что-то подсказывало мне — он бы не позволил этому случиться. Запретил бы этим людям куда-то везти нас. Наверное, Адина не стала ему говорить… Она явно нервничала, а значит, дала бы и моему отчиму повод для волнения, которое опасным образом сказалось бы на его здоровье.

Я почти не запомнила этого мужчину. Его привезли из другого отделения на коляске лишь единожды, чтобы дать навестить меня.