В какой-то момент обессиленно вздохнула и дрожащей рукой достала телефон. Осталось меньше пяти минут…

Сняв перчатки, я принялась судорожно вытирать ладонями мокрое лицо и глаза. Заставила себя делать глубокие вдохи, чтобы окончательно успокоиться. У меня еще будет время погоревать. Сейчас нужно настроиться на долгую дорогу.

Зацепив пальцами платок на шее, который из-за ветра сполз с волос, я неловко развязала его и расправила перед собой. Захватив поудобнее длинную шелковую ткань, только подняла ее над головой, как вдруг порыв ветра вырвал платок из моих рук.

Я резко оглянулась, устремив растерянный взгляд наверх, куда взмыла безвольная шелковая ткань. Уже через секунду она начала стремительно падать, и я поторопилась сойти с тротуара, но внезапно ловкая мужская рука поймала мой платок…

Застыв в то же мгновение, я широко раскрытыми глазами уставилась на мужа, который задумчиво сжал шелк в ладони. Его серое пальто было распахнуто, а грудная клетка вздымалась от частого дыхания, будто он долго бежал. Когда же Адам вскинул на меня взгляд, душа ушла в пятки и я наконец очнулась.

59

Слепо попятившись, я чуть не упала, споткнувшись о бордюр. Едва успела поймать рукой сумку, слетевшую с плеча, неловко вскочила на тротуар и принялась беспомощно оглядываться.

В голове забились мысли в поисках решения. Видя, что муж приближается, я больно ударилась поясницей о каменное ограждение и вдруг опустила глаза на свой багаж. Через панику пробилось трезвое осознание — мне при всем желании не убежать. Да и какой смысл?..

Ступив на тротуар, Адам замедлил шаг, не сводя с меня хмурого, напряженного взгляда. Он холодно мазнул по сумке, и тело начала пробивать неприятная мелкая дрожь.

Что я скажу?.. Насколько муж зол? Что он сделает со мной?..

Я осторожно покосилась на двух девушек, которые гуляли недалеко. Муж не станет проявлять эмоции на людях. Не должен…

Он уже подошел совсем близко, и я затравленно встретилась с черными глазами. В сердце прошла болезненная тоска. Красивый. Любимый. Опасный. Секунды его молчания показались мне бесконечными, страшными. Кровь стыла в жилах от пугающих мыслей.

— Я поймал твой платок, Мариям, — вдруг спокойно сообщил Адам, даже как-то устало, а я перестала дышать. Его губ коснулась улыбка, но взгляд отражал горечь. — Снова… Должно быть это моя судьба.

Внезапно он поднял руку и я вздрогнула. Муж всего лишь заправил мне прядку волос за ухо, но я так и подобралась всем телом.

— Здесь холодно, — серьезно сказал он, расправляя платок в руке.

В следующий момент шелковая ткань легла мне на голову — Адам спрятал мои волосы от ветра, сделав несложный фиксирующий хомут на шее. Когда же он отстранился, я несмело подняла глаза, чувствую подступающие слезы.