Я, конечно, могу только догадываться, какие решения будет принимать президент в том или ином конкретном случае, но в целом отношение у республиканской администрации к России станет более сдержанным, и никаких особых отношений с русскими чиновниками у нас не будет.

Чувствуя, что Кондолиза ничего более существенного не скажет, Позин решил под конец схулиганить, так сказать, в порядке компенсации за моральный ущерб:

— Я знаю, что еще со времен «холодной войны» в США существует мощное антирусское лобби. Когда-то это было понятно — его питал страх перед агрессивностью СССР. Но почему вы сегодня совсем не опасаетесь Китая? Я читал, что группа республиканцев обвинила Клинтона в том, что в его предвыборный штаб поступили многие миллионы долларов от одного американца китайского происхождения из Калифорнии, сотрудницей фирмы которого была родная дочь начальника всей разведки Китая.

— Расследование этой истории продолжается, — с показным удовлетворением сообщила Кондолиза.

— А вам никогда не приходило в голову, что в одно прекрасное утро вы проснетесь в совершенно другой стране, которая будет принадлежать китайцам,

— ведь они постепенно скупают у вас недвижимость и средства производства, проникая даже в сферу высоких технологий. Не сомневаюсь, вам известно, что китайцы контролируют практически все крупные банки Азии и при желании могут нанести серьезный ущерб доллару и экономике США в целом. Каково ваше мнение по этому вопросу?

— Хотя я никогда профессионально не занималась Китаем, думаю, вы, Алекс, несколько преувеличиваете опасность. США сегодня сильны как никогда и готовы принять любой вызов двадцать первого века!

Уже прощаясь, Позин спросил:

— А вы хорошо знаете Широши?

— Какого Широши? — с недоумением спросила Кондолиза. -

— Того восточного бизнесмена, с которым вы появились на вечеринке у Руфи. Вы тогда пришли вдвоем, и я подумал…

— А, этот милый улыбчивый человек… Так его звали Широши? Я первый раз в жизни видела его в тот вечер. Мы случайно встретились у подъезда и только поэтому пришли вместе.

Позин был немного разочарован — загадочная фигура Широши продолжала его занимать. Ему и в голову не могло прийти, что совсем скоро этот Широши сыграет в жизни его нового знакомого — Сергея Мануйлова; то есть Бешеного, — весьма важную и странную роль…

А в это время Бешеный в сопровождении Розочки, Воронова и Рокотова подъехал к богатому дому, адрес которого продиктовал Мореный. Не успели они выйти из машины, как дверь справа от ворот распахнулась и к ним вышли двое крепких парней.

— К кому? — недружелюбно, как бы цедя сквозь зубы, спросил один из них.

— К Мореному, — ответил Савелий.

— Хто?

— Николай, он знает.

— Почекай. — Он достал трубку и нажал кнопку вызова.